Роза прощальных ветров

 – с печальной нежностью подумал он. – Она – косенькая!»

И это почему-то еще больше привязало его к ней.

– Ты что? – спросила она.

– Я? Ничего. На тебя смотрю...

– И что?

– Ты мне нравишься, – честно ответил он.

– Надо же... – немного смутилась она, а потом оживилась: – А знаешь, в первый раз я о тебе совсем по-другому думала. Думала – фу, какой пропойца...

– Я не такой, – хмуро ответил он.

– Да уж вижу! – засмеялась она, опять обнаружив ямочку. Сзади загудели. – Все, поехали... да поехали же!

Пробка на удивление быстро рассосалась.

* * *

В Камышах она заставила его оставить машину за домом.

– И быстрей, чтобы никто не видел... Погоди, я первая, а потом ты!

– Никого нет, – он выглянул из-за угла. – И вообще, так ты еще больше привлечешь внимание! Веди себя как обычно... Ты – хозяйка дома, а я – будущий жилец. Я пришел посмотреть квартиру, которую собираюсь снять...

– Гениально!

– Именно поэтому Варвара и дала мне твой телефон...

Они скользнули в палисадник.

Она сняла куртку и в облегающей майке показалась Неволину еще привлекательнее. Худенькой она не была, это определенно, но никаких лишних складок и наслоений тоже не обнаруживалось.

– Ты такая... – прошептал он и немедленно обнял ее. Роза подняла лицо с закрытыми глазами, и он поцеловал ее. Вряд ли Неволин мог объяснить, какая она, он чувствовал только одно – безумный, неудержимый интерес к этой женщине.

Он целовал ее лицо, шею, руки – Роза безвольно позволяла ему делать все. Эта покорность вкупе с нежностью ее кожи и запахом сломанных цветов сводила его с ума.

Она хотела раздеться сама, но он не дал. Он был рабом и господином одновременно.

– Нет – я! – ревниво сказал он и стянул с нее майку. Осыпал поцелуями ее плечи, мимоходом подивился полупрозрачному, телесного цвета кружевному лифчику. Аккуратно стянул с нее брюки, обнаружил под ними такие же полупрозрачные трусики – в виде коротеньких шортов, ахнул.

Он разделся сам, уложил ее на диван и некоторое время просто любовался – так забавно и мило выглядело ее белье, вернее, она в нем. Для начала поцеловал в живот. Потом принялся целовать куда попало, стараясь ничего не пропустить – как будто ничего важнее в мире не было.

– Ты как ненастоящая... Ты как будто нарисована! Ты как картина...

– Ой, не смеши...