Песчаный рай

Врачи похвалили Курбатова за отличную работу, потом толпой повалили к больнице телевизионщики, другие пилоты ралли.

Все жали хирургу руку, поздравляли его… Это была слава, к которой Фидель Рауфович не то чтобы привык, но воспринимал как должное. Да, он гений. Да, он неотразимый мужчина. И сегодня падет последний бастион – Дина.

…Раевский лежал в палате интенсивной терапии, подключенный к аппарату искусственной вентиляции легких. Пациент еще был без сознания. Курбатов бегло осмотрел его, затем повернулся к столу, за которым сидела Дина и читала какую-то книжку.

– Пора, да? – без всякого выражения произнесла женщина, глядя ему в глаза. – Где?

Курбатов хотел позвать ее в свой кабинет и даже приготовил какие-то дежурные слова, что-то вроде – «ты не пожалеешь, ты будешь довольна», но язык у него словно намертво присох к нёбу.

Неужели вот так, просто и быстро, в один момент, разрешится эта проблема, которая мучила его столько лет?…

Он не любил Дину. Он никого не любил. Но Дина ему нравилась, как и все прочие женщины… Она нравилась Курбатову внешне, и, кроме того, эта женщина была по-человечески ему мила.

– Дина… Только честно. Ты ко мне что-то чувствуешь? – хриплым голосом спросил Курбатов. Никому и никогда он не задавал подобных глупых вопросов…

– Я вас очень уважаю.

– О господи… – он не выдержал и расхохотался. – Дина! Ты прелесть.

Она неловко улыбнулась.

– Я не понимаю… Тебе так понравился этот парень? – он кивнул назад, на Раевского.

– Нет, – покачала головой Дина. – Как он мне мог понравиться, я же его не знаю совсем… Просто я подумала, что это несправедливо, когда умирают такими молодыми.

– Ты добрая. Ты настоящая сестра милосердия. И меня тебе тоже жалко, я знаю.

– Не жалко, но я вижу, что вы мучаетесь – из-за меня, Фидель Рауфович, – простодушно призналась та.

– Дитя. Какое ты дитя еще… – с раздражением, тоской пробормотал Курбатов.

Дина побледнела.

– Ну, чего испугалась? – топнул он ногой. – Отказываюсь от твоего обещания. Все. Ничего мне не надо!

Курбатов говорил это, преодолевая себя.

– Как?

– А вот так. Живи себе дальше верной супругой со своим головорезом…

– Ой… – она прижала ладони к щекам. – Послушайте, но это неправильно… Я же обещала!

– Забудь.

– Нет, нет… – Дина заметалась вдоль стены.