Эта чудесная жизнь

Мне это даже понравилось – как мы дружно пели хором, находясь в разных концах помещения.

– Рита, у тебя есть голос, оказывается, – заметил Дэн. – И слух!

А я в это время пыталась понять, что ощущает мой организм. Я же не наелась, получается? И правда, как-то странно в животе у меня теперь…

Мы дошли до Медикала. И тут произошло следующее. Лара провела рукой перед считывающим устройством, а Дэн, как-то извернувшись, прижался к выступающей приборной панели своим плечом (те, у кого хватало роста и сил, обычно прижимались к панели, а не вытягивали трубку с устройством, делающим инъекции).

То есть, укол предназначался Ларе, а получил его – Дэн. Это было настолько невероятно, невозможно, и ужасно, что я на некоторое время даже потеряла способность говорить. Просто стояла, и широко раскрытыми глазами пялилась то на Лару, то на Дэна.

– Ну ты чего, Рита, – довольно грубо произнесла Лара. – Не видела такого еще, да?

– Н-не видела…

– Ты много еще чего не видела, не слышала, и не знаешь из реальной жизни.

– А если Истина обнаружит ваш обман? – спросила я.

– Не обнаружит. Вернее – сразу не обнаружит. Анализ крови она не так часто делает. Периодически… Она больше следит за температурой, или пульсом, например. Как только у кого паника начинается – она в курсе, но в остальном можно что хочешь делать…

– Лара! Дэн! Но так нельзя! – очнулась я. – Это же… даже не знаю, что теперь будет с вами.

– Да ничего не будет, – равнодушно ответил Дэн.

– Как? Ларе не станет лучше теперь, а тебе, Дэн, наоборот, будет хуже…

– Вот не надо этой пустой болтовни – лучше, хуже, – поморщилась Лара.

Я поняла, что Лара имеет в виду Дину. Поскольку Дина отличалась довольно невысоким ростом.

Дэн обнял Лару, прижал к себе.

– Тихо, тихо, милая… Если ты опять начнешь волноваться, Истина пропишет тебе очередной укол.

Я, если честно, еще даже не задумывалась о том, надо рассказать об этом кому-то, или нет. Хотя, наверное, позже – я поведала бы о данной ситуации Нине? Я всегда бегала к ней с вопросами, и ждала от нее советов. Я всем с ней привыкла делиться. Так что, думается, да, я наверняка обо всем рассказала бы Нине, рано или поздно.