Мода на невинность

 – Спрашивайте.

Это был типичный магазин сувениров, более рассчитанный на приезжих, чем на привычных обывателей. По стенам расставлены ряды матрешек, скопления гжели и хохломы, лежали и висели пестрые павловопосадские платки и жостовские подносы, резные фигурки из слоновой гости, китайские певучие трубки и колокольчики, подсвечники и веера, бронзовые бюстики известных деятелей и серебряные колечки… Я ходила вдоль стен, и ни на чем мой взгляд не мог остановиться.

– А что-нибудь этакое… – я пошевелила пальцами.

 – Местное?

– Ну конечно, – немного обиделся продавец. – Вы идите сюда, ближе, прямо передо мной целый стол тишинской глиняной игрушки!

В самом деле, туда я еще не решилась подойти.

– Какие миленькие! – восхитилась я, увидев смешного медвежонка с такой печальной и недоумевающей мордахой, что невольно хотелось улыбнуться. Далее был оторопелый взъерошенный котенок, хитрая лисица и прочие гуси-лебеди… Все они были сделаны из глины, разрисованы краской и очень забавны.

Я никогда еще не видела таких игрушек – у каждой было свое настроение… ах нет, у тети Зины лежал на буфете глиняный тигр с тигрятами! Наверное, из той же оперы…

– Выбирайте любого, – милостиво предложил мне продавец. – Вторую фигурку даю бесплатно.

– Вот этого, – указала я на медвежонка. – Только, пожалуйста, дайте в пару что-нибудь соответствующее…

Из сувенирной лавки я выбралась с двумя славными зверятами – медвежонком и зайцем, и, признаюсь, довольно долгое время брела по городу, разглядывая только свои покупки.

Опомнилась я тогда, когда поняла, что нахожусь в каком-то производственном квартале – гудели бетонные цеха, тянулись мрачные заборы…

– Батюшки! – спохватилась я. – Куда это я попала!

Я попыталась найти дорогу по памяти, но очутилась в совершенно незнакомом месте. Кроме того, в конце одной улицы я увидела шумную ватагу подростков, которые кричали что-то не вполне литературное, и бросилась в противоположную сторону.

Тишинск оказался не таким уж маленьким городишком, я могла проискать тети-Зинин дом до самого вечера.

Самое неприятное заключалось в том, что я не помнила названия улицы, на которой мы жили. В самом деле, зачем мне было название, если я писем тете не писала, пользуясь лишь междугородной телефонной связью, до своего дома она довела меня сама, а по улице я гуляла, не обращая внимания на надписи.

Мне стало неуютно.