Гнездо ласточки

Оставалось только ждать того момента, когда Кира выйдет на улицу.

Но Кира если и находилась в доме отца, то не появлялась в городе.

…Сергей сделал еще один круг, потом выехал на проспект, припарковался у тротуара. «Бесполезно вокруг ее дома кружиться, и так всем глаза намозолить успел. Надо что-то радикальное придумать. Например, попросить кого-нибудь из бывших одноклассниц позвонить Кире, вызвать сюда… Голомазову или Приходько попросить? Но а если за Кирой ее муж попрется?»

По проспекту, под липами, медленно шла девушка.

Сергей еще не видел ее лица. Только вдруг дыхание отчего-то перехватило, и сердце забилось.

Это же она. Она, Кира.

Словно сам Бог услышал мольбы и послал ее сюда. Чудо!

Сергей несколько секунд сидел неподвижно, пытаясь справиться с волнением, затем выскочил из машины. Догнал девушку и спросил в спину:

– Кира?

Девушка оглянулась.

То же милое лицо, тот же испуганный и строгий взгляд прозрачных голубых глаз… Словно и не менялась.

– Сергей? – прошептали ее губы.

И голос, голос ее, все тот же, напоминающий музыку, навеки родной голос!

Сергей сделал еще шаг навстречу:

– Это я, Кира. Сергей. Узнала? А я тебя – сразу узнал.

* * *

Сергей спросил, узнала ли она его. А Кира его в первый момент совсем не узнала. Был светловолосый тощий юнец – стал двухметровый дядька с гривой темных волос. Как так? Волосы же светлые, пшеничные должны быть у Сергея… А волосы другие совсем! И еще сизые от щетины щеки.

– Это правда ты? – вырвалось у Киры. Хотя теперь-то она убедилась – перед ней именно он, ее бывший возлюбленный.

– Ты меня совсем забыла… Слушай. Дай же, дай мне на тебя посмотреть! – Он взял ее за руки, повернул. – Какая ты маленькая.

– Это ты вымахал.

– Кира… Ты ведь не одна?

– В каком смысле? А, да, я не одна.

– Детей нет?

– Нет.

– А у меня сын. Десять лет. Артем.

– Я тебя поздравляю, Сережа.

– С женой в разводе.

– С разводом поздравлять не буду… – засмеялась Кира. Она испытывала странные чувства, с одной стороны – была рада Сергею, мечтала его увидеть, вспоминала о нем часто, а вот встретились лицом к лицу – и страх напал.

Словно опять она совершала нечто стыдное, плохое.

– Ты мне не рада.

– Рада!

– Нет. Я же вижу.

– Мне некогда, Сереженька.