Половинки

Парень, конечно, был не юн – скорее, к тридцати, но в великолепной физической форме, достигнутой, вероятно, многолетними занятиями спортом.

Хотя девушка тут же вспомнила, как в самый первый день, там, в подвале, будучи связанным по рукам и ногам, он обронил фразу: «Я – танцор».

Интересно, кто его сестра? – подумала девушка, выжимая вновь смоченную тряпку и легкими касаниями проходя по высоким скулам и лбу. На щеках и подбородке пленника уже вылезла темная щетина, но это совсем не портило его.

И в какой-то момент Мэй Лин поймала себя на мысли, что любуется его лицом, и это лицо нравится ей.

И тут же ахнула и принялась шлепать себя по щекам мокрой рукой:

– Глупая! Правильно говорит урабони – бестолочь! Чего придумала? Нельзя! Нельзя глазеть на него! брат приказал забыть! – а потом опустила руку и прошептала одними губами. – Но если я просто посмотрю на него – это же никому не навредит?

Лицо парня вдруг страдальчески искривилось, между темными бровями залегла глубокая складка и, распахнув мутные, ничего не выражающие глаза, он хриплым голосом произнес, глядя прямо на девушку, но видя в этот момент явно не её:

– Нуна… Нет-нет!.

. Не надо!.. Бро, где же ты?.. Юн… Я же здесь…

Мэй Лин обмерла, а он, схватив ее запястье горячими пальцами, пробормотал:

– Нуна… Не сдавайся… Ты же знаешь… Нельзя! Надо быть стойкой…

И опять закрыл глаза, и рука его расслабленно упала на грудь.

Девушка тихо выдохнула: парень просто бредил. И она снова прополоскала тряпку, отжала воду и, свернув, положила ткань ему на лоб.

Отвела в сторону спутанные темные волосы и, почти не осознавая, что делает, обрисовала контур лица подушечками прохладных пальцев.

Потом, решившись, расстегнула верхние пуговицы на рубашке и, оголив гладкую грудь, обтерла и ее. Парень дышал уже почти ровно – наверное, обтирание прохладной водой дало некий результат. Но лучше бы брат привез какое-нибудь лекарство.

***

Дон Гу как будто услышал ее мысли, потому что, вернувшись уже совсем поздно, как был, прошел в комнату с большим пакетом с едой и протянул сестре небольшой бумажный пакетик одной из аптек:

– Держи, Лин! Тут лекарство.

Инструкция есть! Потом дашь ему! Нам совсем не надо, чтобы он тут загнулся. И вот еще что! Я привез еду. Покушай хорошо! Потом и его покормишь, как проснется.

– А ты сам кушал уже, братец? – подняла девушка на него сонные глаза.

– Да, поел в городе. Не беспокойся за меня. Лучше сама питайся хорошо.