Половинки

И когда ее уже собрались переправлять в госпиталь, Нам Джун, который – спроси его кто-нибудь – не смог бы объяснить внятно своих действий, бросился к девушке, вытянувшейся на носилках в пропитавшейся кровью камуфляжной форме, схватил ее за безвольно лежащую вдоль тела руку и пробормотал, не обращая внимания на косящихся на него санитаров:

– Ми Сун, пообещай мне, что с тобой все будет хорошо!

– Конечно, дурачок, – слабо улыбнулась побледневшими губами та.

– Ты помнишь, что я тебе тогда сказал? Тогда, давно, в спортивном зале? Я еще хочу увидеть того парня, который заставит твое сердце трепетать! Не вздумай умирать, ты слышишь?!

Девушка на миг прикрыла веки и опять улыбнулась:

– Успокойся, энсин! Я живучая, как кошка!

Санитары решительно отодвинули Джуна и внесли девушку в армейский вертолет.

Он смотрел вслед до тех пор, пока вертушка не скрылась на горизонте. Потом устало потер пальцами лоб и пошел к транспорту.

Операция закончилась успешно. Пора было возвращаться в часть.

***

И снова Госпожа Судьба, с завидной настойчивостью, столкнула этих двоих – уже в третий раз.

После операции с террористами Нам Джун ничего не слышал о лейтенанте Кан. Хотя в глубине души он очень желал бы снова пересечься с ней. И сегодня, в кабинете подполковника Сеульского управления полиции, это снова произошло.

Сказать, что рэпер был удивлен – значит, ничего не сказать. В его голове мгновенно промелькнули, стремительно сменяя друг друга, как цветные стёклышки в детском калейдоскопе, удивление, шок, облегчение (наконец-то он нашел ее!) и радость.

Наверное, поэтому парень не смог сдержать эмоционального возгласа, назвав ее по имени. И удивился во второй раз, услышав ее звание – капитан. Что означало, что девушка успешно восстановилась после ранения и даже поднялась вверх по карьерной лестнице.

Ми Сун, конечно, узнала его – об этом говорил и тот намек на улыбку, что затронул ее губы. Но она еще раз доказала, что вполне способна держать себя в руках, не поддаваясь сиюминутным эмоциям, как «всякие там айдолы».

Это ясно читалось в ее глазах, устремленных на лидера, когда она представлялась.

И Нам Джун чувствовал легкое раздражение от того, что не сдержался, а снова, как в прошлый раз, дал понять девушке, что она ему не безразлична. И теперь корил себя за излишнюю порывистость, опасаясь, что дал ей в руки еще один козырь.

С этими мыслями рэпер присоединился к остальным музыкантам, которые тут же набросились на него с расспросами.