Контейнер

Она была не одна, совсем недавно обезумевшая женщина в этом потоке пыталась оттолкнуть от себя тьму, которая сдавливала её со всех сторон. В панике тело превратилось в сгусток страха, который слился с Паулой, поселился в ней, искал спасения в её лёгких и в то же время не давал им дышать. Она не могла сделать ни вдоха. Глаза Паулы были открыты – теперь уже точно, – и она вглядывалась в темноту. Она видела эту тьму. Абсолютно бескрайнюю. Из неё было не выбраться, она поглотила женщину.

Паула вдохнула полной грудью – так шумно, что звук эхом отразился от стен контейнера.

Она стояла неподвижно, прислушиваясь к тому, как успокаивается дыхание. Вокруг царила тишина, и снаружи тоже было не различить ни звука.

Личность женщины нужно установить незамедлительно. Это должно стать первым шагом к истине, а Паула привыкла идти последовательно, избегая пустых и, главное, преждевременных предположений. Обычно детали складывались в почти безупречную картину. Убийства редко отличались разнообразием, и, как правило, вывод о мотиве можно было сделать ещё на месте преступления.

Но это убийство выглядело совершенно иначе.

Паула снова закрыла глаза, мысленно собрала имеющуюся информацию и попыталась представить её в виде голых фактов.

Жертва: молодая темнокожая женщина.

Причина смерти: утопление.

Орудие убийства: контейнер.

Место преступления: резиденция фонда «Лехмус».

Если взять лишь один из этих фактов – тот, что тело обнаружено в контейнере, – то определённая картина всё-таки вырисовывалась.

Уже не первый год подобное показывали в новостях, хоть и не про Финляндию: запертые в железных ящиках нелегальные мигранты. В самых страшных случаях в одном контейнере находили десятки погибших.

Но обычно люди умирали от удушья, когда в переполненном контейнере заканчивался воздух.

Если же принять во внимание утопление, контейнер и этническую принадлежность жертвы, то в первую очередь Пауле в голову приходило Средиземное море – могила для тысяч беженцев, стремившихся в Европу через Африку.

Но здесь море было не Средиземное, да и по цвету кожи делать выводы было нельзя: женщина вполне могла родиться в Финляндии.

Если взять отдельно женщину и контейнер, то картина снова менялась. Изнасиловали ли жертву? Внешних признаков насилия не наблюдалось, да и одежда порвана не была.

Оставался фонд «Лехмус» и его резиденция. Да ещё Юхана Лехмусоя – директор компании, владевшей контейнером. Из-за этих двух кусочков пазл никак не складывался.