Не бойся быть моей

Позже семейные вылазки представляли для него меньший интерес. В институте у него была своя тусовка, и проводить время на семейных посиделках представлялось малопривлекательным занятием.

– Кто вы? – в огромный прохладный холл вышла молоденькая девушка в униформе горничной. Небольшого роста, с короткой стрижкой, на вид – не старше восемнадцати.

Антон усмехнулся. Ничего не менялось. Дядя Рома по-прежнему предпочитал официальный стиль общения и юных барышень в услужении. Бизнес Романа Сергеевича Ерохина был связан с модельной индустрией, также он являлся владельцем бутиков высокой моды в Питере и Москве, поэтому некрасивыми людьми не окружал себя принципиально.

– А вам не передали? – ответил он вопросом на вопрос.

На лице горничной практически проступил огромный знак вопроса.

– Антон Шереметев, блудный племянник, – он попытался разрядить атмосферу шуткой, видя, что девчонке стало совсем неловко.

– А! – воскликнула она ошеломлённо. – Господи, простите, пожалуйста, извините за недоразумение, как я сразу не догадалась.

Девчонку будто заклинило, она разве что в реверансах не приседала и в поклонах не расшаркивалась.

– Да без проблем. Где Роман Сергеевич?

– Он будет чуть позже. А вам нужна помощь с багажом? Ой, простите, я что-то слишком много болтаю. А это запрещено вообще-то, – немного растерянно добавила она.

– И это тоже без проблем. И нет, помощь с багажом мне не нужна, его уже унесли. Спасибо большое. Может, покажете мне мою комнату?

– Да-да, сейчас-сейчас.

Внезапно входные двери распахнулись, и на пороге появился Роман Сергеевич Ерохин собственной персоной.

С распростёртыми объятьями и лучезарной улыбкой он шёл к своему племяннику.

– Антоша, мальчик мой, ну наконец-то!

– Дядя.

Мужчины обменялись рукопожатиями, а затем Ерохин покачал головой и рассмеялся.

– Какой ещё дядя. Тебе не пять лет, а мне… даже думать не хочу сколько. Давай уже просто по имени. Мы же одна кровь, одна семья.

Он обнял племянника и похлопал по плечу.

Ерохин явно прибеднялся.

Его волосы до плеч по-прежнему были густыми и тёмными, как ночь. Крепкое поджарое тело – результат часов работы в тренажёрном зале – привлекало взгляды женщин. Хищные взгляд глубоких карих глаз – завораживал, словно гипнотический взор ящера.

– Думал, что больше тебя здесь не увижу, – продолжал он тем временем. – Почти как в старые-добрые времена.

– Господин Ерохин, вам что-нибудь нужно. Может, на стол накры…

– Можешь идти, Алиса. Спасибо.