Знаки

Его блуждающий взгляд, наконец, вернулся к её недовольному лицу. Осмотр, которым он подверг её, не остался незамеченным.

– Как поживаешь? – спросил он и, будто бы желая подлить масла в огонь, сам и ответил за неё. – Всё так же хоронишь себя заживо в архиве? Похвальное рвение.

Отдел охранной археологии на Дворцовой набережной был для Алекс фактически вторым домом. И ей совсем не нравилось, что Акимов вторгся на её территорию.

– А ты всё так же катаешься с лекциями по стране, звезда археологии? – парировала она, презрительно изогнув губы в улыбке.

– Следишь за моей карьерой… Алекс?

За его карьерой сложно было не следить. Последний год был для Акимова особо успешным. Можно было игнорировать публикации в научных журналах и на порталах, но фамилия его то и дело всплывала в разговорах коллег.

Александра лишь фыркнула в ответ, а потом подумала: если выяснит, зачем он пришёл, возможно, Акимов не станет задерживаться и свалит прочь. И дружка своего прихватить не забудет. Тот сейчас стоял чуть поодаль и с большим интересом следил за их диалогом.

Особенно странно, что Роберт продолжал держать её на руках. Ещё страннее то, что она не потребовала поставить её на ноги.

– С чем помочь-то надо? – быстро выпалила она, пока мысли не увели её в ещё более странных направлениях.

Роберт, не выпуская её из рук, развернулся и сделал несколько шагов по направлению к круглому деревянному столу, который вот уж лет пятьдесят стоял на своём привычном месте. Каблук второй, оставшейся на ноге Алекс лодочки, коснулся исцарапанной временем поверхности.

– Помочь надо с текстом. Я перевёл его, но символы неоднозначные. Есть комбинации, с которыми я не знаком. Возможно, ты встречала такие сочетания. Рунические.

– А что за текст?

Алекс, до конца не растеряв своего раздражения, из-под ресниц оценивающе поглядела на мужчин.

– Похоже на страницу из книги.

Голос Роберта звучал в непосредственной близости от её уха, а горячее дыхание приятно защекотало кожу.

Непреодолимое желание поднять ладонь и потереть вспыхнувшее жаром место чуть не победило в ней, но Алекс осталась неподвижна, лишь крепче вцепилась в собственные предплечья, ненамеренно заехав локтём прямиком в середину груди державшему её Роберту.

Интересно, он догадается сам её отпустить или хочет, чтобы она попросила? Сейчас в ней взыграло упрямство. Не скажет она ничего. Не дождётся.

– Но у кельтов было своеобразное табу на письменность, – ровным голосом заявила она.