Серебряный лебедь

Дерьмо. Я киваю, нервно покусывая губу.

– Хорошо.

Он быстро улыбается мне, и на его щеках проступают ямочки. Затем он берет меня за руку, и мы идем к его Porsche 918 Spyder. Открыв машину, я сажусь на пассажирское сиденье и пристегиваю ремень безопасности.

Он улыбается, заводя автомобиль.

– Знаешь… прошлой ночью ты произвела впечатление на парней.

– Какое? – в шоке спрашиваю я.

Это был один из самых неловких моментов в моей жизни, даже при том, что моя жизнь буквально состоит из неловких моментов.

Он смеется, когда я тянусь к стереосистеме. Неожиданно «Forgot about Dre» Dr. Dre сотрясает салон машины, и я быстро вырубаю звук.

– Боже!

Он посмеивается со своего места, внимательно за мной наблюдая.

– Что? Не любишь старый школьный хип-хоп, сестренка?

– В хип-хопе нет ничего плохого, но если ты и дальше собираешься слушать его на такой громкости, то твоим барабанным перепонкам конец. Вообще-то тебе бы стоило проверить их уже сейчас.

– Если бы у меня были проблемы со слухом… – ухмыляется он, переключая передачу и разгоняясь так резко, что моя голова откидывается назад к подголовнику, – это было бы не из-за громкой музыки, а из-за того, что делает с девушками Маленький Нейт.

Я в недоумении отстраняюсь от него:

– Маленький Нейт?

Его лицо меняется.

– Что плохого в том, что я называю его Маленьким Нейтом?

Он выглядит почти обиженным, и я хихикаю. Кажется, я попала по больному. Нейт производит впечатление жутко самодовольного парня, но сейчас, надувшись, выглядит очень беззащитным и милым.

– Эээ… тот факт, что ты вообще дал ему имя. Почему тебе пришло в голову назвать… – Я указываю на его промежность, и когда мой взгляд возвращается к его лицу, меня встречает дерзкая мальчишеская ухмылка. Его рука скользит вверх по рваным джинсам и сжимает ширинку. О господи. – Т-твой… – заикаюсь я. – Боже мой, – шепчу я, мотая головой.

Он продолжает меня дразнить:

– Достоинство? Болт? Волшебная палочка? Хрен? Третья нога? Уд…

Я его перебиваю:

– Елена – милая женщина.

Мы въезжаем на школьную подземную парковку, и я вылезаю из машины, закрывая за собой дверь.

– Какой у тебя последний урок? – спрашивает он, огибая машину и обнимая меня за талию. Я высвобождаюсь из его рук. В последние двадцать четыре часа наши отношения складываются довольно гладко, но я все еще не могу позволить ему обнять меня. У меня никогда не было много друзей в других школах.