Как переспать с лучшим другом и не разрушить всё окончательно

Вот уехала всего-то на неделю, и чем он питался?

С видом глубочайшего отвращения Лили извлекла с полки какой-то засохший кусок пиццы, видавшей лучшие времена. Фыркнув, она кинула его в мусорное ведро и снова вернулась к изучению содержимого.

– Тут есть пиво, но я, пожалуй, воздержусь, – протянула она и, схватив баночку, кинула мне.

Я ловко поймал её и потянул за кольцо. С характерным шипением оно поддалось. Лили чем-то загремела на полках, затем, достав пакет молока, нахмурившись, уставилась на дату производства.

– Лилиан, остановись, – кинулся я к ней.

Она недоуменно перевела на меня взгляд, затем на мою руку, вцепившуюся в молоко.

– Почему?

– Потому что тебе будет плохо, очень плохо, вернее, ещё хуже, – внушал я. – Ты только что выпила невъебенное количество виски, а теперь планируешь всё залить сверху молоком?

– Ну, да, пожалуй, ты прав, – согласилась она и убрала пакет обратно на полку.

Затем просто набрала холодной воды из-под крана в стакан и осушила его одним махом.

– Пойдём наверх.

Она схватила меня за край куртки и потянула за собой. Я послушно поплёлся следом, не забыв про своё пиво.

Некоторые ступеньки на старой лестнице скрипели, но мы по привычке наступали только на те, которые безмолвствовали. Будучи детьми, мы изучили этот дом вдоль и поперёк, так же, как и мой. Лили была своей для моей семьи. И, похоже, моя мама втайне сокрушалась, что мы не вместе.

Её комната находилась в дальнем конце небольшого коридора. Посередине, рядом с лестницей, была ванна, ещё одно помещение, довольно большое, которое Грэг использовалась как кладовку для хранения всякой хрени, и сама комната Грэга в противоположном конце. Он не лез в дела дочери, как только той исполнилось пятнадцать. То ли он считал этот возраст каким-то рубежом, после которого чтение нотаций и воспитание должны прекращаться, то ли у него были ещё какие соображения по этому поводу.

Я не знал. Назвать его хреновым родителем было нельзя, как и Флоранс, мать Лили, бывавшую в Абердине наездами и предпочитающую, чтобы Лили сама прилетала к ней во Флориду на каникулы. Но фактически Лили воспитывала себя сама. Грэга постоянно не было дома, он просто горел на работе. Влияния матери совершенно не ощущалось. Кстати, я несколько раз летал к Флоренс вместе с Лилиан.