Улыбка химеры

Но, может быть, вы сначала с задержанным хотите поговорить? Он в комнате охраны, там с ним мои люди, – ответил Китаев.

Никита пожал плечами. Пока он ничего не понимал. Но, честно признаться, убийство вообще его пока не интересовало. Место осмотра – хоть стой, хоть падай – сортир, очко. Он оглядел шикарный вестибюль. Где-то здесь, в глубине здания, расположены игорные залы. Это, наверное, оттуда сюда доносится глухое жужжание человеческих голосов. Там бурлит жизнь, кипят страсти. Колосову хотелось заглянуть туда.

То были темные полуподвальные игорные притоны – нечто среднее между пивной и бильярдной. Этих казино, особенно в последние годы, и в столице, и в области открылось пруд пруди. Они возникали, закрывались и снова появлялись, как грибы после дождя. И названия их были под стать владельцам и публике, их посещавшей, – «Рио-Рио», «Эльдорадо», «Фламинго», какое-то «Эль-Параисо».

Казино «Лас-Вегас» – холодный полуподвальный зал в бывшем городском бомбоубежище – было, например, открыто кастровской ОПГ в сонном подмосковном Щукине. А казино «Империал» – в поселке Малые Стрельцы. Эти игорные заведения существовали до первой проверки, затем тихо лопались, чтобы через несколько месяцев снова воскреснуть где-нибудь в Егорьевске или Дальних Тутышах под именем какой-нибудь новой «Касабланки», «Клондайка» или «Акапулько».

«Красный мак» отличался от подобных забегаловок, как отличается от медной линялой копейки николаевский золотой.

И Никиту, волей случая оказавшегося здесь, терзало жгучее любопытство. И еще он чувствовал, что убийство пенсионера, которое он должен расследовать, его сейчас абсолютно не колышет. Не колышет его и какой-то там задержанный. Ему сейчас просто не терпится пройти в зал и посмотреть, что там есть и кто, как и во что там играют.

– Извините, позвольте нам уехать!

Это произнесла женщина за его спиной.

Колосов оглянулся. Откуда-то из-за помещения кассы для выдачи фишек в дальнем конце вестибюля появились трое: высокая брюнетка в длинной шубе из роскошной чернобурки, плотный крепыш в рыжей короткой дубленке нараспашку и сгорбленная старуха в хорошей каракулевой шубе, сшитой по моде, опиравшаяся на руку крепыша и на свою палку.

– Позвольте нам уехать, – повторила брюнетка в чернобурке.