Созвездие Хаоса

– Вот поэтому я и хочу, чтобы Василиса уехала из города. Она теперь не только за себя в ответе, но и за нашего ребенка. Но она отказалась наотрез. Как мне быть с ней?

– Настаивай на своем как муж, как мужик.

– Она такая самостоятельная.

– Что нам делать с упрямой бабой? – заулыбался теперь Водопьянов, до этого пребывавший в весьма мрачном настроении. – Я тебя предупреждал как другана: не женись.

– Я ее люблю, – сказал Дмитрий Ларионов. – Она все, что у меня есть в жизни. После смерти родителей, считай, она меня спасла.

– Может, все закончится? Сколько же можно… сколько уже женщин, жертв… Хотя вряд ли все это закончится само собой. Не то это дело.

– Ты насчет мастеров спрашивал, стекольщиков – я позвонил в Дубну, в гостиничный комплекс. Завтра приедут – передай Константину, что вся бригада в его распоряжении.

– Ты сам ему позвони и скажи, – ответил Иван. – Он будет рад.

– Я хочу, чтобы он думал, что это твой ему подарок.

Иван Водопьянов глянул на приятеля.

Он допил свой остывший латте.

Воробьи, чирикая, увлеченно склевывали с пола веранды крошки морковного торта.

Глава 11

Другие

Алла Мухина достала из кармана куртки связку ключей и открыла дверь кабинета, запертого полковником Краповым из министерства.

Они с Катей вернулись в отдел полиции. Крапов остался в боксе-прозекторской с патологоанатомом.

Катя до самого конца, до дверей кабинета, сомневалась, что Мухина покажет ей других. Но Алла Мухина явно использовала отсутствие куратора из министерства для расширения поля собственных действий и возможностей. Может, в ней говорила профессиональная ревность, но скорее профессиональная злость: что же ты такой министерский, умный и скрытный, а вот не помог нам ничем. Ты так же бессилен и беспомощен, как и мы, кто колупается здесь, в отделе, «на земле».

В кабинете – стойкий, не выветрившийся запах табака.

У Кати перехватило дыхание от одного взгляда на эту доску.

Мухи…

Мухи, мухи, мухи…

Казалось, они облепили все, каждый квадратный сантиметр.

Эти снимки…

И лишь подойдя ближе к доске, Катя поняла, что эти многочисленные фото – лишь разные ракурсы – тех, кто был обнаружен на местах происшествий.