Призрак Безымянного переулка

Эти витражи в бизнес-центре, так украсившие здание девятнадцатого века из числа бывших контор завода Гужона, ставшего позже заводом «Серп и Молот», – она горячо поддержала эту идею.

Там работали классные специалисты и художники.

Но здание на Золоторожском Валу для Алисы – лишь первый шаг в нужном направлении. Ее всегда интересовал Безымянный переулок, потому что…

Потому что тут она родилась – вон в том кирпичном доме.

Потому что здесь ей знаком каждый камень, каждая травинка, пробивающаяся сквозь асфальт.

Потому что здесь была фабрика. А вокруг фабрики вращалась жизнь всей семьи Алисы в нескольких поколениях.

Интересно, как Алиса отреагировала, когда Света – его секретарша и их бывшая одноклассница – сообщила ей, что в заброшенном цехе нашли старую могилу?

Александр Мельников пожалел, что не сам сообщил ей эту новость. По голосу можно многое понять. Но его тогда, днем, прямо рвали на части полицейские, поэтому он спихнул это на Светку-секретаршу.

В общем, Алиса уже в курсе.

И рано или поздно она сюда доедет с Золоторожского Вала, тут пешком можно дойти за пять минут, но Алиса всегда на машине. И он дождется ее. И они вместе сходят туда, за ограждение полицейской ленты, и посмотрят, что же все-таки там такое на самом деле.

А потом… Ну, все зависит от реакции Алисы. Может, она под влиянием момента крепко возьмет его за руку и сожмет до боли, как в детстве. И он покорно зайдет вслед за ней в подъезд кирпичного дома, что напротив.

Не в ту квартиру они с Алисой пойдут, которую он помнит с детства.

А этажом выше – огромную, пустую, перестроенную из коммуналки в пять комнат. И там она обовьет его шею руками, как в юности, и он ощутит сладость ее губ и…

Мельников ощутил сильнейшее, острейшее желание. Эрекция была настолько сильной и неожиданной, что он не удержался и начал мастурбировать.

И тут же устыдился, что ведет себя как тот самый глупый, возбужденный пацан с потными руками и прыщами на шее, каким он был много лет назад.

Но желание не отпускало, разгоралось все жарче.

Телефон в кармане пиджака снова зазвонил, но Мельников уже не обращал на него внимания.

В Безымянный переулок въехала машина. Катя и Мещерский вышли.

На фоне ярко освещенного окна на втором этаже офисного здания, на фоне опущенных жалюзи странно дергался в рваном ритме темный силуэт. И вот – исчез.

Александр Мельников повалился в кожаное офисное кресло. Он дышал ртом, как рыба, выброшенная на лед.