Последняя истина, последняя страсть

Гости ждали в знаменитом Красном зале Грибоедовского дворца, толпились на не менее знаменитой его лестнице, отделанной дубом. Вилли Ригель в черном костюме с иголочки с белоснежной гарденией в петлице светился от счастья. Катя была за него очень рада. Она нарядилась на свадьбу и предвкушала веселье и танцы до утра.

Но к одиннадцати часам невеста не явилась. Не явилась она и к половине двенадцатого. Гости начали перешептываться. Вилли Ригель звонил по мобильному – Лиза Оболенская не отвечала. В Красном зале было трудно дышать от букетов, принесенных гостями.

Открыли окна. Без четверти двенадцать к ним вышла представитель Дворца и сказала: раз у вас все задерживается, надо уступить место следующим парам. Пройдите все в холл и на лестницу.

В полдень в Малом Харитоньевском взвизгнули тормоза – Лиза Оболенская, прекрасная, как белая роза, в пышном свадебном платье с кринолином и фате невесты, с букетом фрезий, с цветами в рыжих волосах, выпорхнула из своей машины и вошла во Дворец. Одна – без друзей и родителей.

Она появилась среди взволнованных гостей. Вилли устремился к ней навстречу, но она даже не взглянула в его сторону.

– Дорогие друзья, прошу меня извинить, но свадьба отменяется! – громко объявила невеста. – Говорю при свидетелях – я никогда не выйду замуж за Сорок Бочек Арестантов. Кто из вас потратился на подарки нам – вот моя визитка, звоните мне, я лично возмещу расходы. Удержите его, чтобы не вздумал сейчас за мной гнаться. И – прощайте!

Все замерли. Воцарилась гробовая тишина.

Вилли стоял, как громом пораженный. Лиза Обленская очень аккуратно положила свой букет невесты на стул, повернулась к выходу.

Катя видела, как она скользит по грибоедовской лестнице, подобрав свои пышные кружевные юбки.

Сбежавшая невеста…

Она уже садилась в машину – в свадебном платье, фата из окна – словно белый флаг, когда Вилли, наконец, опомнился, растолкал приятелей-полицейских и бросился за ней – по лестнице вниз.

Вылетел из Дворца – машина невесты уже скрылась из вида.

Он кинулся к первой попавшейся патрульной с мигалкой. К счастью, его удержали гаишники – Вилли, остынь, погоди, не надо, приди в себя, братан.

Теперь, оглядываясь на все эти грустные дела, Катя понимала – ей известно не все. Есть в этой истории свои подводные камни. Их предстоит достать из темной воды.

– Вилли, мне надо номер снять в гостинице. Какая здесь у вас самая близкая к отделу? – спросила Катя, когда они покинули булочную.