Лекарство от одиночества

– Лиза! Лиза! Очнись! – трясла я девушку за плечи, но та не реагировала.

Лишь голова болталась, как у мандаринового болванчика. Только не это. Только не Смерть. Я положила руки на грудь девушки и дважды надавила

– Не умирай, Лиза! Пожалуйста, не умирай! – причитала я, делая массаж сердца.

Брат Женька научил это делать на подаренных им плюшевых мишках.

Я смогу. Я знаю, как помочь, и всё сделаю верно. Запрокинула голову девушки назад, зажала ей нос и, набрав полные лёгкие воздуха, наклонилась.

– Помогите!

– Вот дурочка! Напугала меня до чертиков, – обессилев, я села на пол. Всё тело жутко трясло, как после удара током.

Может, попросить у проводницы валерьянки? А ещё лучше коньяка. Так страшно мне не было уже давно. С того самого дня, когда в Женьку вонзили нож. Елизавета виновато смотрела на меня и сказала:

– Прости, что напугала. У меня бывают во сне приступы остановки дыхания.

Какой ужас! Я и представить себе не могла, что такое бывает. На бледном лице девушки было столько боли, что мне захотелось её обнять и погладить по голове, успокоить. Как она с этим живёт? Я-то думала, что у меня ситуация – полный абзац: все люди как люди, одна я с «собачьим», «серым зрением». А тут человеку заснуть страшно.

– Давай, уж, кофе твой пить что ли, а то кипяток остынет, – тихо протянула я.

Хотелось быстрее забыть жуткие моменты нескольких последних минут. Я сама подняла сидение, и мы достали этот злополучный кофе. Мне всё казалось, что если бы я не вышла за водой, то Лиза не уснула бы, и не перестала бы дышать. Эти «виноватые» мысли улетучились, как только Елизавета достала темный крафтовый шоколад. Сердце мое растаяло, а аромат кофе окончательно успокоил. Напиток действительно оказался божественно вкусным, но разговор всё равно не клеился.

– Хочешь, погадаю на твоего идеального мужчину? – неожиданно предложила попутчица.

– А ты что, умеешь? – скептически поинтересовалась я.

– Конечно, умею. Ведь я профессиональный, дипломированный таролог. Правда, по первому образованию я учитель математики, – призналась она

Я продолжала жевать вкусную шоколадку. Чем больше узнаю, тем она чудесатее. Оказалось, что любительницу цифр и уравнений хватило всего лишь на год учительства.