Крымское приключение, или Язык всевластия

Крымское приключение, или Язык всевластия

Татьяна Смирнова

Студенты отравляются в Крым в поисках средневекового клада. Херсонес, Балаклава, Мангуп – знакомство с этими местами открывает неизведанные страницы в истории Крыма. Препятствием к их странствиям становятся твари из другого мира.

В оформлении книги использованы рисунки автора.

Татьяна Смирнова

Крымское приключение, или Язык всевластия

Глава Первая. Сговор.

– Женечка, в дверь звонят, ты разве не слышишь?

– Да, иду, бабушка.

Женя, семнадцатилетний парень с белёсыми волосами и добродушным взглядом, идёт по коридору и открывает дверь.

Как и ожидалось, на пороге стоит Славик с рюкзаком.

– Здорово, Джиммыч.

– Здрав буди, славный во всём Ярослав!

– Ты что, переучился? – Хмыкнул Слава, заходя в квартиру. – Вообще-то я – Святослав по паспорту.

– Значит, твоя слава святая, а не ярая.

Слава сбросил ботинки и направился на кухню.

– Ты что обзываешься? Разве я произвожу впечатление ярого человека?

– Не, это я так… Мы сегодня на языкознании проходили словообразование, вот меня теперь всё и тянет корень слова найти.

  – Женя залил в чайник воды и начал обжаривать куски чёрного хлеба в ароматном подсолнечном масле.  Когда "мечта холостяка" была подана на стол, посыпанная чесноком и потрескивающая капельками горячего масла, Женя продолжил:

– Слушай, а ведь в Древней Руси солнце Ярилом называли, верно? Солнце-то не ярое, а яркое, значит, и Ярослав – это яркая слава, представь!

В дверях кухни появилась бабушка:

– А я-то думаю, почему одна из древних икон называется "Спас ярое око", Ярость-то Христу не свойственна… – Бабушка довольная своим открытием ушла в комнату.

Слава спросил:

– А твоё имя, Джимммыч, оно от Джина что ли пошло?

– Да, – засмеялся Женя, – спирт ведь от латинского spiritus (дух). Так, что в одних бутылках духи, в других – джинны, что ж тут странного…

– А если серьёзно?

– Ну, вообще у меня имя греческое, Евгений, что переводится как благородный: "ев"– благо, "ген" – ну он и у нас ген, род.

  А Евангелие, – добавил Женя намного громче, чтоб слышала бабушка, – это благая весть.

Славка подъедал поджаренные хлебцы и одними глазами дал понять, что его уже утомили женины филологические изыскания. Женя учился на филфаке и знал уже 5 языков, но всё ещё оставался хорошим другом и отзывчивым человеком. Сам Слава учился в Энергетическом и был далёк от гуманитарной утончённости.