Антакарана. Дитя Сердца

Она заметно постарела – об этом свидетельствуют морщины на лице и несколько седых прядок, но при этом также величественно держит осанку и строго смотрит на все происходящее сверху вниз.

– Мисс Ларина! – она бросается ко мне, улыбаясь во все лицо. А вот это уже неожиданно! А как же имидж неприступной «Глянцевой леди»? – Как я рада вас видеть!

– Называй меня просто Лавиной. Теперь-то можно? – усмехаюсь я.

– Лавина, я так много слышала о вас… о тебе!

Нужно что-то ответить, ведь кое-чем я ей обязана.

– Я тоже рада тебя видеть. Спасибо, что предупредила тогда.

– Ты что-то путаешь! Я ничего не говорила. Не хочу потерять работу, – женщина испуганно оглядывается по сторонам.

– Не волнуйся, не потеряешь. Я здесь теперь не последний человек, – добродушно смеюсь я.

– Знаю, знаю. Счастье, что именно моя подопечная стала Хранителем! – она буквально сияет от гордости. Затем грустно добавляет:

– Чего нельзя сказать о другом игроке.

– Кого ты сопровождала в прошлом Раунде?

– Марко, – Чжан Кианг опускает глаза.

– Ты его предупредила, так же как меня? Он был едва ли не самым осторожным игроком, – спрашиваю я.

– Нет. Марко казался таким строгим, сильным, неприступным. Мужчиной, который в состоянии позаботиться о себе сам.

– Это так, – киваю я, чувствуя, как в горле образуется ком. Никогда не пережить мне до конца все эти потери. Ни сейчас, ни через сто лет.

– Хорошо, что наступило мирное время! – весело восклицает Чжан Кианг. – Не скоро состоится новый Раунд, с таким-то Хранителем! Ну а теперь позволь поухаживать за тобой, ведь именно для этого я здесь. Хочешь чай?

Но мы не успеваем даже присесть, потому что массивная дверь открывается, и из нее выходит Юджин – Главный Наблюдатель Корпорации и, с недавнего времени, Страж Системы Безопасности.

– Лавина, ты можешь войти. Отцы приняли решение.

***

В Зале Собрания довольно прохладно, так что я поеживаюсь. Вокруг массивного стола сидят мужчины, преимущественно, престарелого возраста и китайского происхождения. Большинство из них я никогда не встречала, так что даже нет лица, за которое можно бы было зацепиться и унять внутреннюю дрожь. Поэтому я останавливаю взгляд на Юджине.