Удар отточенным пером

Судя по нервной беготне и осуждающему хрюканью, хряки прекрасно поняли, что? с ними собираются вытворять две бесчувственные деревенские бабы и один студент-практикант – предатель самой мужской сущности.

Напарница подняла лицо, покрытое веснушками. Рыжая-бесстыжая подмигнула мне кокетливо и коварно.

– Бощонку держи! – сказала она нараспев.

– Давай, Саша, садись за бочку! – подхватила Людмила.

Я стоял как бревно, не понимая, при чем тут бочка? В практическом руководстве по свиноводству говорилось об операционном столе со жгутами-фиксаторами для ног животного, чтобы удержать его во время операции.

– Чего смотришь? Не дошли пока до нас технологии. По старинке будем! – Рыжая подхватила под брюхо одного несчастного и, размахнувшись, с усилием дала пас Людмиле. Людмила приняла и мгновенно сунула хряка головой вниз в обыкновенную деревянную бочку. Бочка была чуть выше моего колена: наружу торчали только тонкие ножки с копытцами, а под ними колыхалась беспомощная, раскормленная свиная задница.

Сеголеток взвизгнул так отчаянно, что у меня заболели уши, а на глаза навернулись слезы – не столько от жалости, сколько по причине чистой физиологии.

Я присел и положил на бочку ладони. Раздался оглушающий визг – это невинно страдающего хряка поддерживали его собратья, отчего упакованный к операции поросенок приободрился и начал биться о края бочки, раскачивая ее с такой силой, что пришлось держать уже не только руками, но и коленями. Людмила удовлетворенно засопела, сказав что-то одобрительное про мою силу, и в тот же миг я почувствовал тонкий кисловатый запах горячей свежей крови.

Визга я больше не слышал. Погрузившись под воду с головой, нельзя услышать шум океана, ты лишь чувствуешь остатком древней рыбьей хорды в самом основании шеи, как перекатываются по дну тонны гальки. Я погрузился. Все вокруг погрузилось в визг. Визжали стены нового амбара, клеенчатый голубой, как летнее море, пол, окровавленные руки Людмилы, визжало рябое лицо бабы, державшей разведенные ноги хряка.

Когда Людмила закончила шить, веснушчатая баба одним сильным рывком выудила поросенка из бочки и наметанным движением олимпийской метательницы зашвырнула несчастного в соседний вольер.