Здравствуйте, я невеста дракона!

– Какой куст? – растерялся лорд.

– Домашний. И страшно вредный! Еще и решивший, что он в зельях понимает лучше меня! Так и норовит что-нибудь подсыпать!

Представив, что эта зубастая Тианкина зараза может сделать с моим зельем, я от досады топнула ногой и стащила с головы шапку. И тут же получила:

– На тебя что, единорога стошнило? – ехидно выдал Эмирек, изучая мои волосы.

Ну вот опять! Что за реакция такая?! Да, у меня разноцветные волосы. Все цвета радуги собрала и даже больше. Аж три оттенка розового и пять оттенков синего… или шесть.

Сначала я просто проверяла на себе специальную стойкую краску для волос собственного производства (которую, между прочим, уже запатентовала), прядку за прядкой красила. Должна же я знать, что и кому продаю. А цена, между прочим, высокая, у меня только высококачественный товар. А потом мне так понравилось быть яркой и необычной, что я всю себя сделала пестрой.

– Почему сразу единорога? Может, дракона! – огрызнулась я, поправляя фиолетовую прядь, которая выбилась из косы и упала на лицо.

– Драконов не тошнит радугой, – иронично отозвался Эмирек. – Их вообще не тошнит.

– Не знаю, не знаю. Эти крылатые такие самовлюбленные ящеры, что о них толком никто ничего не знает. В университете они живут инкогнито, людей сторонятся и вообще, насколько мне известно, считают нас букашками, которые встали на их пути. Может, как раз из-за того, что их тошнит радугой, они и не общаются с другими.

Лорд открыл рот, потом закрыл, снова открыл, хмыкнул, выдал: «Интересно» – и внезапно отошел к своему столу.

– И тапки верните, – расхрабрилась я, продолжая сжимать шапку.

Надо бы и пальто снять, а то жарко тут. Но единственное, на что я решилась, – развязать шарф и расстегнуть парочку верхних пуговиц.

– Какие тапки? – Эмирек бросил на меня любопытный взгляд через плечо.

– Мои.

– Точно твои? Не утонешь? – усмехнулся он, и в глубине синих глаз блеснули лукавые искорки.

– Нет. Это не совсем мои тапки. А подруги. Она дала мне их на время.

Я решительно шагнула к столу и протянула руку. Потом подумала и вытянула две. Тапки то большие, громоздкие и тяжелые – одной рукой не удержать.

Но этот синеглазый не торопился выполнять мою просьбу. Отодвинув кресло, сел на него, весьма удобно устроился, глядя на меня снизу вверх со снисходительной улыбкой.

– У меня для тебя две новости, Даромира Кенрик. И обе не очень радостные.

Я опустила руки и мрачно на него уставилась.