Уроки обольщения

Вот совсем! Хотя письмо старый лорд Эванс обещал отправить еще на прошлой неделе. Дверь распахнулась, и на пороге появился тощий, высокомерный дворецкий с лысой головой и пушистыми бакенбардами, который явно не обрадовался нашему появлению и вообще принял нас за бродяг.

– Подаяния не раздаем! – отрезал он и попытался закрыть дверь.

Я лишь в последний момент успела подсунуть ногу, не давая ему это сделать.

– Вы не поняли. Мы Сомвей.

На его лице не дрогнул ни единый мускул. Наоборот, дворецкий попробовал избавиться от меня, ткнув в живот указательным пальцем.

– О нашем прибытии должны были сообщить на прошлой неделе, – отчаянно воскликнула я. – Послушайте, нам необходимо срочно увидеть графа Колхауна!

– С какой целью? – процедил он.

– Он наш опекун! – выпалила я, напирая на чопорного дворецкого, который был вынужден отступить, чтобы впустить нас внутрь.

И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не появился сам граф.

– Рэдклиф, в чем дело? – раздался приглушенный голос откуда-то из глубины дома.

– Вас спрашивают какие-то беспризорники, – отозвался противный Рэдклиф.

– Кто?

Усилив напор, я отодвинула дворецкого в сторону и потащила за собой ребят и наш злосчастный сундук, который противно заскрипел старыми колесами.

В просторном холле было светло, сухо и тепло. А под нами на тщательно отполированном полу мгновенно образовалась лужа.

– Это еще что такое? – нахмурился мужчина.

И мне, наконец, удалось его рассмотреть.

Судя по всему, наши проблемы только начались.

Граф Оливер Колхаун совершенно не походил на опекуна. Я представляла его себе степенным мужчиной в возрасте. Не старым, но и не молодым. Примерно как папа. С бакенбардами. Возможно, усами и седыми волосами. У него должны были быть морщины и небольшой животик от чрезмерного употребления пива, которое подавалось в самом лучшем ресторане столицы «Зеленый орк». Но никак не сине-зеленые глаза, напоминающие морскую воду в ясный солнечный день.

В общем, граф Колхаун абсолютно не соответствовал моим представлениям. Он был молод, хорошо сложен, красив и очень обаятелен.

– Как, вы сказали, вас зовут? – спросил он, переводя взгляд с меня на ребят, которые жались ко мне, уже не стремясь казаться взрослыми и бесстрашными.

– Джослин.