Запретная для Колдуна

И бросила телефон, после чего развернулась и отправилась в сторону машины. Дойти она не успела. Перед самым носом возник шустрый репортёр и пихнул микрофон ей прямо в лицо.

– А вот и наш первый очевидец. И не просто очевидец, а сама Изабелл Морано. Что вы скажете о том, что здесь произошло?

Белль аккуратно убрала пальчиком микрофон в сторону и ласково улыбнулась.

– Без комментариев.

– Это правда, что маги пытались убить чрезвычайно важного свидетеля, человеческую девушку?

Вот прохвосты. Всё исковеркают так, что от правды останутся лишь жалкие крохи.

– Без комментариев, – так же спокойно ответила ему, обошла и открыла дверцу машины, забираясь.

– И как известный адвокат по особым магическим делам оказался здесь? Да еще в таком виде?

«От любовника бежала!» – хотелось проорать в ответ и засунуть микрофон как можно глубже ему в глотку. Но, будучи «известным адвокатом по особым магическим делам», девушка отлично понимала, чем это может ей грозить. Поэтому очередная дежурная улыбка, ключ в зажигание и домой.

Еще так много предстояло сделать.

В вечерних новостях обсуждали не столько покушение на некую Олесю Стрельцову, сколько то, что тигрица Морано закрутила роман со Стражем и оказалась на месте происшествия одной из первых, выскочив от любовника в его рубашке.

Самое противное, что на рубашке стояла фамилия «Туманов», поэтому личность объекта симпатии сразу перестала быть тайной.

Обычно Изабелл никак не реагировала на статейки о себе, сколько их было за её жизнь, но тут всерьёз задумывалась о том, чтобы подать на них в суд.

Её голос дрожал, когда она зашла в кабинет Туманова и застыла, спрятав руки за спиной.

– Мне жаль, что так получилось, – тихо произнесла Белль, смотря прямо в холодные голубые глаза.

Дежурная фраза, но сколько смысла между строк.

– Всё нормально.

– Надеюсь, у тебя не будет проблем с начальством.

– Они отлично знают, что на самом деле произошло.

– А твоя… девушка?

Как же сложно было произнести это.

– Женя всё понимает, – сухой и быстрый ответ, и в глазах что-то промелькнуло и пропало.

– Хорошо, я рада.

А внутри всё горело от боли и непонятной тоски. Пустота увеличивалась, уничтожая всё на своём пути.