Запретная для Колдуна

Дыхание перехватило, в ушах зашумело, и мир превратился в сплошное переплетение магических нитей и волшебства, став серым и безликим, как сама смерть. И на фоне этой темноты – сверкающая чистая душа, которая уже готова была уйти, оставив этот бренный, грязный мир.

– Не дам, – прорычал Разин, и магия чёрным дымом заклубилась в его руках. – Не пущу.

Душа билась в плену, стонала, причитала, мечтая выбраться, но Денис уже соорудил вокруг тела купол, который продолжал напитывать магией.

Надо держаться… надо…

Даже когда сил почти не было, а от перенасыщения магии у него ломило в висках и дрожали руки.

Стиснув зубы, некромант продолжал удерживать душу и потихоньку, по миллиметру, возвращать её назад в тело.

Чтобы хоть как-то отвлечься от боли, которая терзала собственное тело, Денис смотрел только на неё. Красивая душа, яркая, и как переливается и бьётся, не желая подчиняться тёмной магии. Сильная и в то же время очень хрупкая. Как легко её сломать и уничтожить.

Где же целители?

Мужчина глухо рыкнул и усилил напор, перед глазами засверкали круги.

«Не уйдёшь, рыжая!»

Краем глаза Денис увидел рядом с собой движение, сопровождающееся нежно-голубым сиянием. Целитель. Наконец-то.

Подошедший мужчина не стал ничего комментировать и говорить, просто сел рядом и накрыл рану руками. Душа Олеси дёрнулась в последний раз, озаряя всё ярким светом, и сдалась, позволяя себя спасти и вернуть.

Только в последний момент, когда уже почти всё было кончено и работа Дениса была завершена, он неожиданно заметил кое-что странное.

Показалось? Да, возможно. Но это было странно.

Опустив руки, Денис вернулся из погружения и с трудом выполз наружу. К целителю присоединился другой, который залез в машину через водительское сиденье. Пост сдан, вдвоём они точно справятся.

Разин на шатающихся ногах сделал шаг от машины и тяжело опустился на землю, опираясь спиной о бампер, пытаясь прийти в себя и прогнать круги перед глазами и подступающую от усталости тошноту.

– Дени! – рядом с ним встала на колени Изабелл, схватила его за плечи и начала трясти. – Дени, что ты натворил? Дени!

Волосы девушки спутались, она сама была в крови и саже, на обнажённое тело наброшена знакомая рубашка Стражей, которую Белль застегнула лишь на пару пуговиц внизу. Ведьма никогда не стеснялась своего тела.

– Я спас её, – прошептал он, едва шевеля губами.