Запретная для Колдуна

Что в ней такого особенного, Денис и сам не знал, но привык доверять себе и своим чувствам.

– Нет, – простонала она, выгибаясь назад и вцепившись пальцами в столешницу, когда мужчина осторожно отодвинул пальцами треугольный лоскуток кружевной ткани и коснулся влажных складок.

Тело дёрнулось, выгибаясь еще больше, усиливая контакт.

– Да, – прохрипел Дэн и прикусил зубами мочку уха. – Да, Олеся…

Внутрь он не проникал, продолжая медленно водить указательным пальцем по влажной плоти, пока не нашёл источник наслаждения.

– Ах, – прошептала она, вцепившись в плечи, и выгнулась назад, крепко зажмурившись.

– Да, Леся, да, – улыбаясь, прошептал Дэн, покрывая поцелуями стройную шейку в такт движениям пальцев, которые требовательно гладили и нажимали.

– Господи, – простонала Леся.

Искры вокруг них уже не просто сияли, они искрили, слепя и бросая блики на её лицо. И Денис в который раз подумал о том, что ему жалко, что она не видит всего великолепия. Хотя с закрытыми глазами особо ничего и не увидишь.

– Кричи для меня, – бормотал он, удерживая её одной рукой за талию, а другой подталкивая к разрядке.

– Не надо, – всхлипнула девушка и тихо вскрикнула.

– Надо.

Он чётко уловил момент, когда произошёл взрыв. Она напряглась, замерла на долю секунды и задрожала. Девушка вскрикнула ещё раз, на этот раз громче, и прижалась к нему, не в силах контролировать собственное тело, которое теперь слушалось лишь его.

А потом на него обрушились вкусы и запахи.

Денис ожидал чего-то огненного, страстного и темпераментного под цвет алых волос любовницы, но вкус был совсем иным: мягким и неожиданно свежим.

И хоть заряд силы и страсти был ещё совсем небольшим, но накрыло его капитально. Сущность пищала, ловя искры, а колдун пытался отдышаться и прийти в себя. Никогда ещё с ним такого не было. Он сам едва не кончил, и только сила и опыт помогли удержаться.

Занятый собственными эмоциями, он не сразу отследил реакцию Олеси и очнулся, только когда услышал всхлипывание и почувствовал дрожь.

– Не так… всё не так… не должно, – едва слышно шептала она. – Неправильно.

– Олеся? – открыв глаза, он недоуменно взглянул на её заплаканную мордашку. – В чём дело?

– Мы не должны были. Не так, – прошептала Олеся, и в светло-карих глазах промелькнули боль и отчаянье.

– Олеся? – вновь повторил Денис и вздрогнул, когда в грудь ударило проклятье.