Замуж по договору

Еще бы, весьма пикантная ситуация: посреди бела дня, у всех на глазах темная карета с гербом известной семьи преследовала какую-то строптивую девицу.

Можно было свернуть в ближайший двор или за угол, там бы он от меня точно отстал, но я внезапно согласилась пообщаться.

Почему я это сделала? Не знаю. Возможно, хотела проверить себя. Остались ли у меня хоть какие-то чувства к тому, чье предательство обожгло сильнее всех.

– Хорошо, давай побеседуем, – неожиданно кивнула я, останавливаясь и поворачиваясь к нему.

Карета тоже замерла.

– Прошу.

Филипп не стал ждать помощи слуги и сам соскочил со ступенек, открывая передо мной дверь и подавая руку, которую я успешно проигнорировала. Его помощь мне точно не требовалась.

Я легко поднялась внутрь и стала ждать.

Что-то же ему было от меня нужно. Не мог же Филипп так рисковать и добиваться разговора, чтобы обсудить погоду или наше совместное прошлое.

– К центральному парку! – велел мой бывший жених извозчику и уселся напротив меня.

Карета медленно тронулась.

– Здравствуй, Ник.

– Уже здоровались.

Я спокойно смотрела на его красивое лицо и не испытывала ровным счетом ничего.

Разве что легкую грусть. Ведь когда-то я его любила или думала, что любила.

– Понимаю, ты злишься на меня и имеешь на это полное право, – зачастил мужчина, теребя массивное кольцо на пальце.

– Не злюсь, – перебила я. – И давно простила.

– Ч-что?

Судя по всему, такого он от меня точно не ожидал.

Очевидно, Филипп десятки раз мысленно прогнал эту встречу и разговор, но такой исход не предусмотрел и теперь не представлял, что делать и как быть.

Мой ответ никак не вписывался в пламенную речь, которую он для меня заготовил, и это выбивало мужчину из колеи.

– Ты не злишься? – переспросил он, поправляя идеально уложенные волосы.

«Нервничает. Интересно, к чему бы это?»

– На тебя – нет, – отозвалась я, поправляя воротник пальто. Внутри было тепло благодаря магическим камням, которые богатые граждане вшивали в корпус своих карет.

Они регулировали температуру: летом создавали искусственную прохладу, зимой грели, словно печка. – Это бессмысленно, Филипп. Злиться на тебя совершенно бессмысленно, – добавила я.

– Но… я не понимаю. Ты простила меня? И мы можем продолжить…

От надежды в его голосе меня едва не передернуло. Неужели я походила на полную дуру, готовую все простить и забыть?

– Подожди, – вновь перебила я бывшего жениха. М-да, как-то раньше он мне казался более сообразительным.