Поймать дракона. Новый год в Академии

– Каких жаб?

– Ну… пупырчатых таких, с бородавками, зелёненьких, – принялась объяснять я, растягивая время. – Они ещё в болоте живут и квакают.

– Фейт! Я серьёзно, что ты натворила? И главное как?

– Случайно, – снова повторила я и невинно улыбнулась. – Никакого злого умысла. Почти…

– Случайно вызвать нашествие жаб очень сложно, – снова влез герцог.

– Вы просто не пробовали, – огрызнулась я. – Энди, слушай, это не так важно. Жабами занимается декан природников. Тут вопрос пострашнее. Что делать с этой глупой помолвкой? Скажи, что дракон ошибся и её нет.

Брат замялся.

– Понимаешь, Фейт…

– О нет, – замотала я головой, поняв, что значит его бегающий взгляд, и упрямо повторила: – Нет-нет-нет. Я не выйду за него замуж.

– Герцог, вы не могли бы оставить нас одних? Ненадолго, – обратился к Алтону братец, пока я свыкалась с мыслью, что мне скоро придётся стать герцогиней Олеандр.

Не совсем плохой статус, даже очень хороший. Вот только не для меня.

– Хорошо. Но ненадолго.

– Перенести её я всё равно не смогу, – сухо отозвался Энди. – Академия полностью закрыта. Не работают не только порталы, мои способности тоже заблокированы. И вы отлично это знаете.

– Предупредить никогда не поздно, – отозвался Алтон. – Я подожду вас в коридоре. Недолго.

И вышел, прикрыв за собой дверь.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – с вызовом спросила я, сразу перейдя в контрнаступление.

– Я? – огрызнулся Энди и с тяжелым вздохом приземлился на ближайшую лавку.

– Подумаешь, – фыркнула в ответ. – Тот бриллиантовый гарнитур для твоей последней пассии обошёлся ещё дороже, но я же не ворчу.

– Фейт!

– Что Фейт? Тоже мне тайна какая, вся столица болтает о твоём романе с этой артисткой.

– Фейт! Прекрати, незамужним девушкам такое знать и тем более обсуждать неприлично.

– А замужним можно? – полюбопытствовала я и получила от брата полный гнева взгляд. – Совершенно не понимаю, что ты нашёл в мадам Понрайз. Хотя нет, понимаю, – тут же исправилась я и ехидно добавила: – У неё же такие достоинства.

Я руками показала эти самые достоинства, которые не помещались в корсет и выпирали на всеобщее обозрение.