Мой крылатый кошмар

Ничего необычного и особенного.

– Не скажи… – протянула подруга.

Я резко остановилась и обернулась, возмущенно уставившись на нее.

– Мне кажется, что ты слишком зациклилась на моей жизни, Дженни.

– Подумаешь, – отводя глаза, пробормотала она.

Мы с Дженни одними из первых попали в аудиторию, поэтому и места успели выбрать самые удачные – на последнем ряду у окна. Вид оттуда открывался потрясающий: заснеженные горы с острыми пиками вершин, густые облака и желтый круг солнца, который медленно полз по небосводу.

Я не была отличницей, как, например, Сибилл или Эверика, которые всегда и во всем стремились быть первыми. Сидели на первых партах, тянули руки, знали ответы на все вопросы и все время мелькали перед глазами. И вели себя они идеально, в связи с чем преподаватели ставили девушек нам в пример. Они искренне радовались своим победам и рыдали над плохой оценкой, которую тут же стремились исправить. Моя старшая сестра Дария (та самая непревзойденная стихийница) мало чем от них отличалась, будучи активисткой, лучшей ученицей, правильной до мозга костей, одним словом, гордостью семьи.

Я никогда к этому не стремилась. Зачем? Да, учила, да, знала, но без фанатизма. Я искренне считала, что не в оценках дело, а прожить можно и без всеобщего признания, главное – оставаться собой. Поэтому была середнячком и гордилась этим. Никуда не лезла, ни с кем не соревновалась, никому не мешала. Во всяком случае, я так думала.

– Еще раз добрый день, девушки, – произнесла Ребекка Кайни, входя в аудиторию с пухлой пачкой в руках. – Без лишних разговоров начнем распределение. Вы уже выпускницы, четвертый курс, поздравляю.

Куратор встала за трибуну и быстро начала называть одно имя за другим. Услышав свое имя, целительница поднималась, подходила к трибуне, брала листок и возвращалась на место. Это было короткое досье на будущего напарника и список занятий и экзаменов на месяц. Оценку мы получали общую, одну на двоих, поэтому взаимодействие с напарником следовало наладить.

Время шло, а наши имена так и не называли, хотя обычно мы с Дженни находились в первых рядах. Непонятная тревога становилась все сильнее и сильнее.

– Зря ты нервничаешь, Кайни тебя специально изводит. До сих пор не может забыть твою выходку с цветами, – проговорила подруга, заметив мое волнение. – Подуется и перестанет.

– Угу.