Когда придет весна

Причём один из этих двоих – хрупкая девчонка, которая выглядит как подросток. Вам, Солод, как минимум должно быть стыдно. Остальные – плохо. Не знаю, чем вы занимались этот месяц, но с сегодняшнего дня всё будет по-другому.

– Но мне не нужна подготовка, я учусь на факультете управления, и там… – вновь подала голос Адриэтт.

– Там воспитывают маменькиных и папенькиных деток, которые только и могут, что сидеть в своих кабинетах и отдавать приказы, – закончил куратор. – Очень жаль, но я придерживаюсь другого мнения.

– Но…

– Госпожа Гранатовая, – собирая остатки терпения, произнёс Обсидиан. – Если вас не устраивает мой метод обучения, то вы можете написать рапорт и уехать. Я вас не держу.

И вылететь из Академии. Отказ проходить практику – автоматическое отчисление.

– Я напишу, – процедила девушка. – Но не рапорт, а своим родителям. И расскажу, как вы обращаетесь со своими студентами. Они это просто так не оставят.

Но на угрозы он никак не отреагировал.

– Как вам будет угодно. Могу даже бумагу одолжить. А теперь развернулись и десять кругов вокруг дома. Темп средний. Начали.

И мы побежали, потом поприседали, опять побежали и далее по кругу. Пока девочки не упали на траву в изнеможении и даже не смогли встать. Мне было не легче, но я держалась. Опираясь руками о колени, тяжело дышала и жутко хотела пить, но до колодца еще надо было дойти.

– Держи, – Дарен протянул мне фляжку и встал рядом.

– Непередаваемые ощущения, – я выпрямилась и благодарно улыбнулась.

– Это только начало.

– Не сомневаюсь.

Зевак не было. Ни одного жителя не собралось у частокола, чтобы поглазеть на то, как несчастных студентов мучают. Либо они все спят, что маловероятно, либо страх перед новым куратором сильнее любопытства.

– Я умираю. Пи-ить, – стонала Адриэтт, лёжа на траве и раскинув руки в разные стороны.

– Пойду дам им воды, – усмехнулся боевик.

– Хорошо, – я проводила взглядом Дарена и посмотрела на куратора.

Мужчина стоял ко мне спиной и что-то изучал в свитке. Но, словно почувствовав мой взгляд, неожиданно обернулся, и я не успела отвернуться.

– Вы что-то хотели, Серая?

– Нет, мастер.

– На отдых и завтрак у вас час. Потом жду всех здесь, – произнёс он, развернулся и ушёл в дом, не забыв напоследок бросить: – И на этот раз без опозданий.

Постанывая и кряхтя от боли в ноющих мышцах, мы разошлись по домам.