Будущие, или У мечты нет преград

Без напряжения… Что с тобой стало, Одетт? Что ты с собой сделала?»

– Предложить тебе попить? Здесь делают потрясающий холодный чай. В Сангориа такого не попробуешь. Свежие листики зелёного чай, кусочки фруктов, кубики льда и вода. Вроде так просто, но эффект потрясающий.

– Ты очень вкусно рассказываешь, мне прям захотелось попробовать, – с улыбкой ответил тот.

– Это просто жажда, – равнодушно отозвалась Одетт, вызывая прислугу.

«Дерек, старый друг, почему ты не сказал мне о том, что Одетт здесь? Почему?» – мысленно пожаловался он, а внутренний голос ответил, что и не должен был.

Тема Одетт была запретной для обоих и не поднималась долгие годы. Слишком болезненными были воспоминания.

– Я думал, что ты сейчас во Фрее.

– Фрея? – задумчиво переспросила она, постукивая ноготками по подлокотнику. – Отличный выбор. Государство до сих пор живёт закрыто, проверять и тем более искать меня бы там точно не стали. И оно менее скандально, чем Террико, даже почётно.

– Да, Дерек сделал хороший выбор.

– Старший брат обязан защищать сестру. Дерек сделал всё, что мог. Ты не обижайся, что он не сказал тебе. Это не то, чем стоит гордиться. Младшая сестра – наёмник на Террико. Звучит более чем ужасно, позорно, не достойно помощника герцога Марлоу. Отличный повод сместить, надавить, уничтожить. Врагов у него ведь не убавилось за эти годы. А если вспомнить прошлое, то мне на лбу без лишних разговоров можно выжечь «шлюха». Ну же, Валкот, признайся хотя бы себе: узнай ты об этом, то сразу бы решил, что я, подобно Адонии и её приближённым, меняю любовников каждую неделю.

Почему-то думать об Одетт и её любовниках не хотелось. Это было неправильно и отчего-то сильно злило. Она же еще ребёнок. Или нет?

Сколько ей сейчас? Двадцать три? Двадцать четыре?

– Остров не так многочислен. Мужчины кончатся, – ответил Валкот, изучая собеседницу и не узнавая.

Эту Одетт он не понимал. Она была совершенно чужой, незнакомой, будоражащей кровь и инстинкты, что дремали внутри.

– Я об этом не думала. Надо запомнить. А вот и чай.

Она сама налила ему стакан и подала, возвращаясь на место и равнодушно улыбаясь.

– Действительно вкусно, – сделав глоток, произнёс Алисет.

– Я знала, что тебе понравится.