Бал дебютанток. Танец с врагом

И тебя не должно волновать, – отрезала я, подходя к большому тазу на колченогом стуле и приподнимая край полотенца.

«Отлично! Тесто подошло, и можно лепить пирожки, которые так любят близнецы».

– Как злорадно смеется, тыкая пальцем!

– Пусть делает, что хочет, – равнодушно произнесла я, посыпая край стола мукой.

– Мы же де Вальт! Древний род!

– От которого никого, кроме нас четверых не осталось.

Закатав рукава, я выложила тесто на стол, притрусила его мукой и принялась методично замешивать.

– Ты ведь не забыла, как мы жили раньше, Шерри? Какие балы и приемы устраивала мама.

– Нет, не забыла, но и вспоминать не хочу. Все это в прошлом. Нет больше нашего особняка. Точнее, он есть, но он уже давно не принадлежит нам. И балы там устраивает кто-то другой. Прошлое нельзя вернуть, Грегори.

Смахнув упавшую на лоб прядь волос, я потянулась за деревянной скалкой с глубокой щербиной посредине.

– И теперь дочь герцога де Вальт месит тесто в крохотном, продуваемом всеми ветрами домике на самом краю столицы, – скривив губы в злой ухмылке, добавил брат.

Однако меня это не обидело.

– Что поделаешь, слуг у нас больше нет, а кушать хочется, – усмехнулась я. – И мне есть чем гордиться: за эти годы я научилась готовить ничуть не хуже нашей кухарки.

– А должна была блистать на балу дебютанток, ловя восхищенные взгляды мужчин.

– Мы этого не узнаем, потому что ты сейчас же отнесешь это приглашение Агнесс Уилоби. Это она будет блистать на балу дебютанток. И ее, возможно, пригласит на танец сам принц.

– Пф! Ну нет.

– Что нет?

– Я не верну ей приглашение, – упрямо заявил братец.

– Грегори Эмирон Фауст де Вальт! – грозно начала я, упираясь кулаками в бока. – Не заставляй меня ругаться. Скоро вернутся близнецы с бабушкой. Они этого точно не должны видеть.

– Вот и прекрасно! Может, вместе мы сумеем тебя уговорить. Почему ты упрямишься, Шерри? Это же такой шанс!

– Шанс!? – горько усмехнулась я, перестав скрывать свои чувства. – Какой шанс, Грегори? Зачем мне окунаться в мир, двери которого навек закрыты для нас? Чтобы вновь испытать боль разочарования? Или ты думаешь, никто не догадается?

– На тебе будет маска, – неуверенно заметил он. – На всех дебютантках маски. Это традиция.

– Маска? – рассмеялась я.