Черная дыра. Том 2

И вот, теперь их отделяет три метра земли и бессчётное количество дней, которые капитан должен провести над ней, храня в памяти каждый час проведенного с напарником времени.

Арсен нередко представлял свои похороны. Не потому что желал смерти, но потому что едва ли не каждый день смотрел ей в глаза. Он слышал ее дыхание в свисте пролетавших в считанных сантиметрах от головы пуль, в шагах незнакомцев, следующих за капитаном в ночном переулке. Арсен был готов уйти, если бы оно того стоило. Капитан думал, что именно он станет тем, над кем склонится Думан, закрывая горячей ладонью мертвые веки.

– Я так и не узнала, любил ли он меня.

Арсен обернулся.

– Он никогда не говорил мне этого, а я боялась услышать нет и поэтому никогда не спрашивала, – Карина отрешенно смотрела на венок.

Ее бледное лицо с заплаканными глазами, создавало сильный контраст с черной одеждой. Арсен немного посторонился, освобождая ей место рядом с собой, которое она в тот же миг заняла.

– В начале, он казался мне несерьезным. Но потом я увидела в его глазах нечто такое, что заставило меня позабыть обо всем, – ее голос звучал бесстрастно, словно воспроизводимый программой, синтезирующей речь. – Я любила его.

Арсен вновь посмотрел на слово «Думан», красивым шрифтом нанесенное на мрамор. Что-то защемило в груди, разрывая капитана на части изнутри, но внешне он оставался спокойным и лишь стиснул зубы.

– А буквально за день до его смерти, я нашла кое-что в его полке. Договор с агентством, организующим праздники. Наверное, он хотел сделать мне оригинальное предложение. А может, не мне, но… теперь ведь это не имеет никакого значения, правда? Теперь я могу тешить себя мыслью, что тогда все было именно так, как я хотела.

Арсен тяжело вздохнул. С тихим гулом, не обращая никакого внимания на печальную парочку, мимо прокатился работник кладбища на электромобиле – модифицированной и соответствующе оформленной копии гольф-машины.

– Думан много рассказывал о тебе и о твоей девушке, – сказала она, вынув небольшой альбом. – Ждал вашей свадьбы. Я затевала разговор о нашей, а он все время говорил о твоей, – она улыбнулась, но улыбка не выражала ничего. – Раз уж он не сможет присутствовать на ней, то возьми это.