Навсегда

Уже появилась публика, одетая по-вечернему, кто-то куда-то уже собрался провести вечер, а наша пара ничего этого не замечала. Вера вспомнила своего мужа Виктора, занятого своими делами и отпустившего ее отдохнуть со своими друзьями. Жили они уже десять лет вместе, детей у них не было, и сейчас Вера для себя сказала, что любит Виктора, но не понимала, почему идет с Федором и что-то от него ждет. “Да, люблю, но он… Он-то меня не любит. Я это знаю и почему-то живу с ним, не ухожу”. Ей вспомнилась ее устроенная по первому разряду жизнь в шикарной, обставленной супермебелью квартире, эти зеркала в золоченых рамах, эти загородные поездки к друзьям и непременно совместные купания в бассейне после изрядного подпития, эти его случайные, ничего не значащие измены прямо тут и каждый раз.

Она знала, что она не живет с Виктором как с мужчиной, а только как с мужем, чисто внешне. На самом деле она его не любила и это чувствовала сейчас, когда рядом был настоящий, сильный мужчина, как ей казалось.

Федор предложил зайти к нему, а потом куда-нибудь поехать на ночь в горы, куда глаза глядят. Она безропотно согласилась и уже ждала, когда они окажутся вместе. Она хотела всего, так, как у нее не было ни с кем, никогда. Она надеялась.

Они поднялись по скрипучей лестнице. Хозяйки не было дома, и они не были замечены. Дверь открылась с трудом, и Федор сразу запер ее изнутри, и все фантазии Веры, которые она себе представляла, когда с ней случится какая-нибудь история, были удовлетворены, и самым для нее неожиданным образом.

Она не была профи в этих делах, но много читала и, конечно, мечтала, что с ней это однажды случится. Самое неожиданное для нее было, как бесконечно долго Федор ее готовил к тому, о чем она еще не знала. Он играл ею и, доводя до исступления, оставлял и снова начинал игру, и в один прекрасный момент, когда она меньше всего ожидала, когда в исступлении умоляла его взять ее, он стремительно внедрился в нее так глубоко, что она стала от счастья, ею испытываемого, биться, как пойманная птица в силках, которые равномерно и методично угадали ритм, и в этом ритме повторяющихся движений, сопровождающихся ласками, она впала в состояние почти полного отсутствия сознания.

Ее не было здесь. Она куда-то летела в состоянии неземного блаженства, ничего не ощущая, кроме страха, что это может прекратиться, и она старалась продлить это состояние, насколько это было в силах ее воображению.