Я не хотела умирать

 – Это, конечно, приятно, но ты же знаешь моё к этому отношение.

– Слишком хорошо знаю, – вздохнул Стас. – Эх, ладно, пойдёмте перекурим, что ль, – хлопнув себя по карманам, предложил он.

***

Ребята упросили, и «могучая кучка» стала рассказывать о своих школьных годах. Я смеялась до боли в животе и, слушая их, немного завидовала, понимая, что у меня таких забавных воспоминаний о школе нет ни единого.

– А помните, как мы забор сломали на физре? – спросил Тёма. – Постоянно же с неё сбегали.

– Самый дурацкий предмет, – произнёс Стас.

– Да ладно, от физкультуры была хоть какая-то практическая польза, – сказала Стася. – Первенство бесполезных предметов занимает литература. Как вспомню эти сочинения, где изо всех сил выдумываешь, что же сакрального хотел сказать автор своим «великим» произведением.

– Но разве тебе было неинтересно погружаться в сюжет? Сопереживать персонажам, их судьбе. Узнавать философию мысли писателя? – осторожно поинтересовалась я.

– Меня мало интересует философия мысли человека, который умер столетия назад.

– Да.

– И как они тебе? Чем-то помогли?

– Это был мой островок безопасности, где можно выдохнуть, забыть о реальности и просто помечтать.

– А не проще было поменять реальную картинку, нет? А то реальность так и будет тебя больно по башке шарахать, пока ты её не изменишь.

– Не всё можно изменить, – уткнувшись взглядом в пол, едва слышно произнесла я.

– Всё, если не искать себе оправдания. И читать поменьше меланхоличных книжек, где всё только и делают, что вздыхают и страдают и всё время чем-то жертвуют.

– Разве жертвовать чем-то ради близких – это плохо? Мне кажется, в любых отношениях всегда приходится это делать, – тихо ответила я.

– В нездоровых – да, в нормальных – нет. В нормальных отношениях людям комфортно вместе и никто жертвоприношений не устраивает. Может, в 19 веке считалось крутым, любить не смотря ни на что, умирать за идеалы и прочие бла-бла, но мораль сей басни немного устарела.

– Поэтому сейчас любовь и брак, в частности, так обесценивается. Сейчас проще развестись, чем попытаться сохранить.