Вкус ледяного поцелуя

То, что к парням его не тянет, выяснилось сразу, такие вещи в клубе узнают очень быстро. В конце концов все оказалось даже проще. В погоне за мускулатурой Коля лишился здоровья, которое пытался восстановить, и пока безуспешно. Узнав об этом, я поначалу разозлилась, по какому принципу он выбрал меня из трех сотен женщин, что довольно регулярно толкались в клубе. Но, малость успокоившись, решила, что это меня не касается, как и многое другое в этом мире.

Мы продолжили встречаться с Колей, на это обратили внимание, к нашему обоюдному удовольствию.

Поболтав о пустяках, Вовка ушел. Я доедала мороженое, когда появился Коля, не на сцене, а в зале, протопал ко мне и устроился на стуле, который ранее занимал Вовка, перегнулся ко мне, поцеловал в щеку и погладил Сашку. Тот в восторг не пришел, но и возражать не стал.

– Как дела? – дежурно поинтересовался Коля.

– Нормально.

– А статейка в газете?

– Фигня.

– Точно? – Похоже, его этот вопрос действительно волновал.

– Ага.

– Мне не нравится, что тебя поливают грязью. А еще выставляют какой-то алкоголичкой. Ты пьешь очень мало.

– Откуда тебе знать? – хмыкнула я.

– От верблюда. Я не идиот, это раз, и человек наблюдательный, это два. Ты так же похожа на алкоголичку, как я на первоклассника.

– А на кого я похожа? – сдуру спросила я.

– Не обидишься? – поинтересовался Коля.

– Чего уж там… говори.

– Ты похожа на человека, который не может понять, как его сюда занесло.

– В этот кабак?

– В этот мир.

– Вон оно что, – с умным видом покивала я. – Серьезно…

– Почему у тебя нет друзей? – спросил он. – Я не себя имею в виду. Друзей, подруг, вообще близких людей? Ты боишься к кому-то привязаться…

– Эй, ты завязывай с этим сеансом психоанализа. Я помню, что ты получаешь второе образование, но тренируйся на ком-нибудь другом.

– Я же хочу тебе помочь.

– Вот сейчас спрошу, какого черта ты меня в постель не тащишь, и начнем помогать друг другу, – разозлилась я.

– Ты же знаешь, – спокойно пожал он плечами. – Ведь знаешь?

– Допустим.

– Вот мы и помогаем друг другу, – хмыкнул он. – Умные к умным, а увечные к увечным.

– Ни хрена себе, – возмутилась я, хотя возмущения не чувствовала.

– Не злись, – сказал он очень мягко.