Судьба – тени прошлого

Ну, стало быть, выпил я всё-таки немало, а нужно ещё и завтра рано вставать, – покачиваясь от выпитого алкоголя, Вэйрад встал из-за стола, за которым они всё это время пили, и направился к выходу. В его голосе читалась фальш – следствие опьянения. Доподлинно неясно: была ли это задумка генерала, чтобы разузнать побольше о личности своего офицера, или же чистая случайность, неудобное стечение обстоятельств, – но лукавость была и была отчётлива.

– Постой! Ты думаешь, что я отпущу тебя в какую-нибудь дряхлую ратушу поблизости, иль куда ещё похуже? Ты уж оставайся здесь.

Это уютнейший форпост. Здесь есть пара замечательных комнат. Уж мне-то верь: я часто бывал в таких: обустроены по высшему разряду! – генерал говорил распущенно, но вовсе не значило это, что он не подметил для себя замеченную ранее деталь.

Тем же часом на границах уже собирались орды солдат в белоснежных доспехах. В воздухе будто уже чувствовалось напряжение. Напряжение в ожидании великой битвы, от исхода которой зависит будущее двух крупнейших государств.

IV.

Тусклый рассвет. Лучики просыпающегося солнца едва освещали комнату небольшого кирпичного дома, в которой вертелся, пытаясь укрыться от света, ребёнок в миленькой люльке. Рядом сидела его мама, заснувшая с детской книжкой в руке. Её одна рука лежала на той странице, где она остановилась, другая – возле малыша, на его подушке.

Было раннее утро. Но маленький рыцарь уже оттачивал своё мастерство рукопашного боя во дворе дома. Его оппонентом служило бревно, поверх которого были натянуты несколько слоёв старых, потрёпанных одеяльцев.

– Здравствуй, зайка мой ненаглядный, – сказала проснувшаяся от кряхтения малыша мама, нежно целую его лоб. – Как спалось тебе, Эди? Вижу по улыбке, что хорошо, – продолжала беседовать с годовалым ребёнком Агата, всё более страстно тиская его.

Ребёнок в ответ лишь смеялся, играясь с её длинными шелковистыми тёмными прядями волос.

– Твой братик, видимо, опять на своём чучеле отыгрывается.

Пошли поздороваемся с будущим воином. – Взяла на руки малыша, попутно одевая его, вышла из комнаты.

– Доброе утро, Зендей! Как тренировка проходит? – обняла уже сильно вспотевшего сына Агата.

– Я никогда не стану таким же сильным, как папа… У меня ничего не получается! – пнув бревно, провопил Зендей.

– Не говори так. Это удел слабых. А ты не можешь быть слабым, учитывая, кто твой отец. – Агата опустила Адияля, дав ему свободу выбора, куда ползти.