Зимняя коллекция детектива

– Как ты не понимаешь! – в сердцах сказала Марина. – Я за тебя отвечаю!

Володя изумился.

– Ты что? С ума сошла? Это я за всех вас отвечаю.

– Конечно, конечно, – быстро и виновато согласилась она, по-видимому, поняв, что сморозила глупость. – Меня просто беспокоит твоя нога.

– Как ты думаешь, кто из них убил?

Марина махнула рукой.

– Кто угодно мог, Володь! Вот угораздило нас в такую передрягу попасть! Что я теперь в Москве скажу?!

– Кому скажешь? – не понял Володя. – У тебя что, отпуск заканчивается?

– Да при чем тут отпуск! – Ему показалось, что она сейчас заплачет.

– Никто не мог предположить, что я лыжу сломаю, – буркнул он.

Она как будто угадывала его мысли. Только что он думал о том, что обстоятельства сложились на редкость неудачно и завели их черт знает куда.

– Какая лыжа?! – вдруг закричала Марина. – Ты что, совсем ничего не понимаешь?! Ты же не идиот! Ну оглянись вокруг, разуй глаза, подумай немножко!

– О чем подумать? – совсем растерялся Володя.

Марина хотела что-то сказать, потом сморщилась как от боли и выбежала из «комнаты мальчиков».

Кузьмич, слышавший каждое их слово, задумчиво почесал бровь и стал неторопливо спускаться в подвал. Следовало проверить баню. Хотя – он это уже понял – за Аллой не нужно ничего ни поправлять, ни проверять.

– А вот так, а вот так!.. Как следует!.. Раз-два, раз-два! – Алла, окутанная паром, двумя вениками равномерно хлестала Женьку по спине и розовой попе, та только взвизгивала.

– По… до… ли… нам… и… по… взгорь… ям… шла… ди… ви… зи… я… впе… ред, – заблеяла Женька из пара.

– Мо-ло-дец! – прокричала Алла, не прекращая работы. – Слова знаешь! Ставлю пять!

Она еще плеснула на раскаленные камни душистого взвара, содеянного Зоей Петровной, с силой подышала и Женьке велела дышать, потом помахала над ней вениками, осаживая пар, стащила ее с полка, вытолкала в предбанник и там окатила холодной водой из ушата.

– Хорошо, – простонала Женька. – Как хорошо, Аллочка!..

В бане они были вдвоем. Марина помылась и сразу ушла, сказала, что баню терпеть не может, лишняя нагрузка на эндокринную систему, только и всего.

Женька попила из ковшика воды, утерла капающий с носа пот и пообещала:

– А потом я вас попарю, а то так нечестно.

– А ты умеешь?

– Умею!.. У нас в интернате одна отрада была – баня.