Все точки над i

О его жизни в последние годы я практически ничего не знала, были у него друзья или нет, тоже неизвестно, ни одного имени он при мне не упоминал. Но документы, судя по всему, существуют, и это внушает определенные надежды. Ник пожертвовал большие деньги, чтобы вытащить меня из дерьма, конечно, не из-за доброты душевной, он делал ставку на эти документы и решил во что бы то ни стало их получить, значит, меня ожидают тяжелые времена.

Я мысленно усмехнулась: а когда было иначе? Выходило, что в моей жизни ничего не изменилось.

Не успела я войти в квартиру, как зазвонил телефон. Со мной желал поговорить следователь, причем незамедлительно, и я отправилась к нему, гадая по дороге, чего ждать от этой встречи. По иронии судьбы следователь оказался моим старым знакомым, но, несмотря на это, дружеской нашу встречу назвать было никак нельзя. С самого начала разговора он был настроен скептически.

– Странное дело, Юлия Витальевна, где вы появляетесь, там непременно вскорости фигурирует труп.

– А где я появилась? – в свою очередь съязвила я.

– Неужто не знаете, что ваш друг господин Миронов в настоящее время находится в больнице, в него стреляли.

– Занятно. Только он мне не друг, а знакомый. И я понятия не имею, где он. Я уезжала на пару недель из города, так что не в курсе.

– И ваш отъезд с этим печальным событием никак не связан?

– Конечно, нет. Я отдыхала на даче у подруги.

– Что так? У вас вроде бы свой прекрасный загородный дом, даже бассейн, я слышал, имеется.

– Имеется.

– А где у подруги дача? – Я назвала адрес, которым снабдил меня Ник. – Далековато.

– Ага. Что как раз и ценно. Никто мне не мешал.

– Не мешал чему?

– Медитировать, – с серьезным видом ответила я. Он посмотрел с печалью, но комментировать мои слова не стал, записал адрес, правда, не удержался и буркнул:

– Проверить это нетрудно.

– Ради бога, от всей деревни осталось три дома и те нежилые.

– Не страшно вам там было?

– Я не боязлива.

– В этом не сомневаюсь. А может, все-таки есть причина, по которой вас вдруг потянуло к одиночеству?

– Причин сколько угодно.

– Интересно.

– Вам вряд ли. Депрессия у меня после потери мужа, в общем, жизнь не радует.

– Очень даже интересно, – хмыкнул он. – Как раз о потере мужа я и хотел с вами поговорить. Его ведь застрелили?

– Застрелили, – кивнула я.

– Кто, вы знаете?

– Нет.