Все точки над i

– Давай отвезу тебя домой, – предложила я.

– Домой? Что я там забыл? Ты явилась, чтобы отвезти меня домой, или есть еще что-то?

– Думала, тебе будет интересно, как прошла моя встреча с Деном.

– И как она прошла?

– Он назвал тебя идиотом.

– Очень мило.

– Ага. Сказал, что я не стою этих денег.

– Кто бы спорил. Конечно, не стоишь.

– У меня был Рахманов. Не верится, что эти деньги выложил он.

– У него снега зимой не выпросишь, – хихикнул Ник.

– Тогда откуда доллары?

Он вновь хихикнул и ударил себя кулаком в грудь:

– Все, что нажито непосильным трудом.

Недоедал, недосыпал, пил только чай. На самом деле я их занял, и долг придется вернуть.

– Ник, – позвала я.

– Т-с-с, – прижал он палец к губам. – Заткнись. Не то я очень рассержусь. Знаешь, любовь моя, мне очень жаль моих денег. Так жаль, что я…

– Ник…

– Заткнись, я сказал. Ты их не стоишь. Ты ни черта не стоишь. Какого хрена я вожусь с тобой? Попробуй сказать, что не веришь в мое доброе сердце.

– Вот что, поехали домой.

Ты не только на ногах не стоишь, ты сейчас со стула свалишься. И перестань пить водку из горлышка, у меня от этого зрелища зубы сводит.

Я подошла к нему с намерением помочь ему подняться. Он сгреб меня за плечо, встряхнул.

– Слушай, сучка, ты мне жизнью обязана, своей поганой жизнью. Найди мне эти документы, из-под земли достань. Не то я сам тебя закопаю, слышишь, и тебя, и твою подружку-наркоманку.

– Я их найду, – кивнула я. – И принесу тебе.

Ник уставился на меня своими рыбьими глазами, подумал и погрозил пальцем:

– Врешь, врешь, мерзость такая.

И за что мне все это, господи? Человеку с моим добрым сердцем нет места в этом мире корысти и обмана.

– Ты в нем неплохо устроился.

– Ага. Благодаря тебе я лишился надежд на уютную старость. Домик на юге, цветочки… я в панаме, и рядом сучка со здоровыми титьками, готовая выносить за мной ночной горшок.

– Это твоя мечта?

– Была. Теперь сыграла в ящик.

– До старости тебе далеко.

– Я буду скучать по моим бумажкам с мертвыми президентами.

Очень много бумажек, которые теперь в чужих руках. Кто их будет холить и лелеять, как я?

– Вставай, Ник, ты тут всех успел достать.

Он тяжело поднялся, опираясь на мое плечо, и мы побрели к выходу.

– Теперь ты знаешь, кто твой настоящий друг? – бормотал он, едва передвигая ноги. – Эти суки хвосты поджали, твоему Рахманову плевать на тебя, всем плевать. Что бы ты делала без папочки?

– Я тебя обожаю.

– Как бы не так.