Таинственная четверка

Дом продать хотели, вывеску «продается» я точно видел. Да не успели, видать. Кто-то из родни приехал, окна-двери заколотили, так и стоит. Уж года три, не меньше.

– То ли мироед домашних строил, то ли училка попалась – чистый зверь, – с усмешкой заметил Вадим, когда мы оказались в гостевом доме.

– Или я дала маху. Что куда вероятнее.

– Лично я в твоих способностях не сомневаюсь. А не ошибается лишь тот… правильно, кто ничего не делает.

– Слабое утешение.

– Мне обычно помогает. Хочешь, позвоню Димке, пусть узнает, что там с хозяином дома… на всякий случай.

Я кивнула.

Он стал звонить, а я устроилась на веранде, отсюда было удобно наблюдать за домом хозяев. Ничего особо интересного не происходило. В окне гостиной на мгновение мелькнул силуэт Людмилы. Тишина. Непохоже, что скандалят… А должны? У жены Ключникова просто обязан возникнуть вопрос, с какой стати супруг делится подобной информацией с людьми, которых она до вчерашнего дня не видела. Значит, ему, скорее всего, придется рассказать, кто мы такие.

Но если мадам будет в курсе истиной причины нашего здесь появления, о работе под прикрытием можно смело забыть. Она сообщит художнику, он еще кому-нибудь… Хотя как знать… любовники просто будут осторожнее и на время прекратят встречаться.

– О чем задумалась? – спросил Вадим, появляясь на веранде и сунув мне в руки апельсин, заботливо очищенный.

– Все о том же…

– Смотри, морщины наживешь. Они девушку не красят. Димке я позвонил.

– Какие у нас планы? – сунув дольку апельсина в рот, проявила я интерес.

– Навестим товарищество садоводов, которое таковым вовсе не является.

– Будем искать логово женщины в белом?

– А что еще остается?

– Хорошо. Только руки вымою.

Я вошла в ванную, оставив дверь открытой, включила воду, потянулась за мылом, и тут меня точно обдало холодом. Должно быть, именно такие моменты имеют в виду, говоря: волосы встали дыбом. Я боялась поднять глаза, боялась увидеть за спиной что-то невыносимо страшное. Оскаленную злобную морду с раздвоенным языком?

– Никого там нет и быть не может, – попыталась я подбодрить себя.

Но вопреки собственным заверениям, я знала – есть. Чувствовала.

«Это Вадим. Стоит сзади, ждет, когда я вымою руки». Я уцепилась за спасительную мысль, хоть и не верила в нее. Медленно, очень медленно подняла голову и едва не заорала, увидев в зеркале мужчину за своей спиной. Он стоял в паре шагов от меня, чуть склонив голову набок, смотрел исподлобья. Я его узнала.