Таинственная четверка

Ты меня звала, чтоб на мое белье взглянуть? – разозлился он, и тут стало понятно: мой крик его напугал, всерьез обеспокоил, вне сомнения. И беспокоился он за мою безопасность.

– Извини, – вздохнула я. – Не стоило так орать. – Я протянула ему мобильный, открыв страницу с заметкой.

Он читал и хмурился. Вернув мобильный, буркнул:

– Дай хоть штаны надену.

– Ты этого сержанта действительно убил?

– Наверное.

– Сядь, пожалуйста. То, что ты без штанов, я как-нибудь переживу.

Он сел рядом со мной, и теперь его близость смущала, я даже подумала: в самом деле лучше бы оделся.

– Объясни, что значит «наверное», – потребовала я.

– Я не взрывал эту чертову гранату, если ты об этом. И ничего не подстраивал. Я от души желал, чтоб его разнесло на мелкие кусочки… его и разнесло, – вздохнул он, глядя на меня.

– О господи, – покачала я головой с заметным облегчением.

– Думаешь, я тут ни при чем? – спросил Вадим.

– Желать кому-то разлететься в клочья не очень хорошо, но это не убийство.

– Джокер это точно может, – добавил он, глядя на меня.

– Может сделать так, что граната взорвется? – хмыкнула я, но смешно не было.

– Может сделать так, как он хочет. Влиять на события. Сначала я думал, что у меня крыша набекрень, а потом… перестал об этом думать, чтоб опять в психушке не оказаться, – весело закончил Вадим.

– Чепуха! – разозлилась я, хотя не раз ловила себя на подобных мыслях. – Этого не может быть.

– Правда? А то, что ты утопленницу сегодня видела, – может? Для нормальных людей этого тоже не может быть.

– А мы что же, ненормальные?

– Выходит, так. По крайней мере с их точки зрения.

– Ладно, меня сейчас совсем не это беспокоит, – вздохнула я. – По дороге ты мне рассказал о сержанте, а через несколько часов я получаю вот эту хрень. Я даже не спрашиваю от кого. Меня интересует, как он узнал?

Вадим пожал плечами.

– Допустим, за нами следят, – продолжила я. – Но чтобы услышать… Ему пришлось бы находиться очень близко. А если кто-то повесил «жучок»? – озарило меня.

Вадим поднялся и стал прощупывать одежду, в которой я была на речке, потом проверил сумку. Ушел к себе, оставив дверь открытой, и проверил свою одежду.

– Чисто, – сообщил, вернувшись. Это не удивило. Я была уверена: никаких «жучков» нет, Вадим, кстати, тоже в них не верил, а обыск устроил исключительно для моего спокойствия.

– Значит, у него, кем бы он ни был, хороший слух, – вздохнула я. – Может, девчонки? – предположение критики не выдерживало.