Сжигая за собой мосты

– Расскажи мне про убийство.

Я рассказала, удивляясь, что ни страха, ни даже волнения не чувствую. Мужчина в кресле выслушал меня молча, потом кивнул:

– Правдоподобно.

– Я не вру, – нахмурилась я. Примерно так и было, я не врала, просто недоговаривала, к примеру, не стала называть имя, которое сообщил отец: Макс фон Ланц. А ведь типы в лодке разговаривали по-немецки. Если они имеют отношение к убийству папы, тогда его предупреждение о том, что у нас есть враг, надо понимать буквально: враг, который желает и моей смерти, не больше и не меньше.

Знать бы еще, чем я этому Ланцу не угодила.

– Допустим, – подал голос мужчина в кресле и вздохнул. – Час от часу не легче. – Он поднялся и шагнул к двери.

– Вы куда? – растерялась я.

– Дорогая, – дурашливо протянул он. – Я не против остаться, но, к сожалению, у меня дела. Порезвимся как-нибудь в другой раз.

– Вы мне ничего не объяснили… – начала я и вздохнула. Ситуация дурацкая, мне бы радоваться, что он уходит, а я вроде бы расстроена.

– А должен был? – спросил он, притормозив, я не могла видеть его лица, но точно знала: сейчас он улыбается.

– Наверное, нет. Но чисто по-человечески… вы же должны понимать, в каком я положении… – Последние слова я произнесла почти шепотом, мне так себя стало жалко, что я едва сдержала слезы.

– Ладно, не переживай. Никто тебя не тронет, я присмотрю.

– В каком смысле? – брякнула я.

– В буквальном. В окна лазить завязывай, сорвешься чего доброго.

Он открыл дверь и через мгновение исчез.

На месте я смогла усидеть всего несколько секунд, потом кинулась к двери. Гостиничный коридор был пуст, лестница терялась в темноте, только возле лифта светилась лампочка.

– Куда он делся? – пробормотала я, закрывая дверь. Конечно, он мог покинуть гостиницу, но почему-то мне казалось, что он где-то рядом, то есть он один из постояльцев. Загадок лишь прибавилось, нечего было и думать о том, чтобы уснуть.

Я легла, уставилась в потолок и вздохнула. Итак, мои худшие опасения оправдались: убийцы отца заинтересовались мною.

Это немцы, по крайней мере говорили они по-немецки, а человека, которого мне следует опасаться, зовут Макс фон Ланц. Тут все сходится, кроме одного: какое к отцу могут иметь отношение эти самые немцы? Насколько я знаю, никаких дел в Германии у него никогда не было, а также никаких знакомых, интересов и т. д. Он ни разу туда не ездил, по крайней мере ни о чем подобном не упоминал, но умудрился нажить врага с немецким именем.