Один неверный шаг

Встречал мужиков, от взгляда которых оторопь берет. Мужиков, а тут не баба даже, девчонка.

– Не очень похоже на комплимент, – хмыкнула я.

– Не очень, – кивнул он.

– Обычно мои глаза сравнивают с изумрудами.

– И от моих ребят ты ушла очень ловко, – точно не слыша, добавил он.

– Да ладно. Они не особенно прятались, а район я знаю лучше. Если до дома они проводить меня не смогли, назрел вопрос: как вы меня разыскали?

– Повезло. Ты довольно часто в кафе появляешься. Одна из официанток сообщила: ты работаешь в салоне красоты, она как-то сюда заглядывала, но для нее место оказалось дороговато.

– И правда повезло, – кивнула я.

– Работа временная? – продолжил он расспросы.

– Постоянная.

– Удивила. А что, посолидней ничего не нашлось?

– Когда умницы учились, я по ночным клубам шлялась и висла на парнях. А без диплома в директора банков особо не зовут. Скажи-ка лучше, о чем хочет поговорить твой хозяин?

– Потерпи, скоро все от него узнаешь.

Валера похлопал ладонью по моему колену, должно быть, желая меня приободрить, но мне это все равно не понравилось: я уставилась в окно, чтобы у него не возникли очередные ненужные мысли о моем взгляде.

Машина между тем свернула к стадиону, затем по узкой улочке направилась к реке. Район этот в народе прозвали «золотой милей», особняки здесь росли, как грибы после дождя, один другого круче.

Водитель притормозил перед коваными воротами метра три высотой, створки раздвинулись в стороны, и мы въехали во двор. Фонтан, голые тетки из мрамора, стыдливо прикрывающие интересные места, и заросли роз. Летний сад, только тот поменьше будет.

– Красота, – сказала я, выходя из машины.

– Нравится? – добродушно усмехнулся Валера.

– Еще бы. Баб кто-то из местных ваял или из музея сперли?

– Хрен знает, – пожал он плечами и весело подмигнул.

Он был мне симпатичен, хотя я предпочла бы видеть на его месте кого-нибудь поглупее. Водитель остался в машине, а мы поднялись на крыльцо: гнутые перила с позолотой, мраморные ступени.

Дверь тут же распахнулась, на пороге стояла женщина лет сорока в темном домашнем платье.

– Проходите в кабинет, – поздоровавшись, сказала она. – Аркадий Петрович вас ждет.