Новогодняя коллекция детектива

Почему-то она не подумала, что у него могут быть свои планы на Новый год, и заранее решила все за них обоих.

Лада с Васяткой в теплых странах и прилетят не раньше конца европейских каникул. Маша в глубоком подполье. Сослуживцев у Александры теперь нет, поэтому наплыва гостей не предвидится. Она собиралась нарядить елку, напечь пирогов – в этом она была мастерица – и накрыть стол со свечами для них двоих. Для себя и своего мужа.

Она давно уже продумала меню, идиотка. Господи, какая идиотка!

Она воображала, как они будут чокаться тонкими бабы-Клавиными фужерами, оставшимися еще от царских времен, когда куранты ударят в двенадцатый раз.

А потом будут есть все, что она наготовит, и смотреть телевизор, лежа на полу и поставив бокалы на животы, не в силах пошевелиться – именно так нужно наедаться на Новый год! Часа в три они пойдут гулять, чтобы порастрясти пироги и индейку, которую она тоже придумала ради него. Они придут с улицы, когда на Первом канале уже начнется какая-нибудь старая комедия, и будут пить кофе, заедая его пирогами, мороженым и комедией…

Слеза капнула в чашку, которую Александра старательно терла под краном.

– Я не понял, – сказал Филипп, – при чем тут ботинки?

– Не нужно мне никаких подарков, – злым голосом сказала она. – Дай мне денег на починку ботинок, и все.

Зашуршала газета, он поднялся. С замершим сердцем Александра ждала. Он протопал в коридор и оттуда громко сказал:

– Я не могу ничего отменить. Слышишь, Алекс?

– Пошел к черту, – сквозь стиснутые зубы произнесла она, но так, чтобы он не слышал, и с мстительным стуком сунула его чашку на полку.

Он подошел сзади и укусил ее за шею, довольно сильно.

– Ты что, больной?! – взвизгнула Александра, поворачиваясь. Он был уже в куртке и очках, загадочно поблескивающих.

– Деньги по традиции на пианино, – сообщил он. – Пока.

– Пока, – пробормотала красная как рак Александра.

Он уже был в дверях, когда в кармане у него зазвонил мобильный.

– Алло! – сказал он, поворачивая ключ.

– Фил, это я, – озабоченно откликнулся знакомый голос. Только один человек называл его Филом.

– Ну что? – спросил Филипп.

– Ничего утешительного, – сказал голос. – Можешь подъехать?

– Так я и знал, – пробормотал Филипп. – Когда?

Фильм был доделан и сдан Свете Морозовой за два дня до Нового года. Филипп давно улетел, и от него не было ни слуху ни духу. Почему она решила, что он непременно будет звонить? Дура, сказочница, ругала она себя.