Мавр сделал свое дело

У людей искусства бывают довольно странные фантазии. После того что случилось, Леопольд бродит возле дома, все что-то вынюхивает.

– Леопольд его настоящее имя?

– Представьте, да. Ничего нелепее и придумать невозможно.

К нам присоединилась Танька, и интересную беседу пришлось прервать. По широкой лестнице мы поднялись к наполовину застекленным дверям. Они бы органично смотрелись где-нибудь в Америке, но в российской глубинке выглядели довольно нелепо. Наши люди предпочитают дубовые двери, а если учесть, что покойный Костолевский был коллекционером, выбор и вовсе странный.

Мы оказались в просторном холле, который украшали четыре колонны и две огромные китайские вазы в нишах.

– Простите, я не ожидала, что вы приедете вдвоем… – сказала Ирина. – Вам придется пожить в одной комнате.

– Не привыкать, – кивнула Танька, увиденное ей явно понравилось, и мне тоже. Знать бы еще, сколько у дяди племянников, то есть на сколько частей все это надо поделить.

– Я хочу показать вашу комнату, чтобы вы могли умыться с дороги.

А потом представлю вас остальным. Надеюсь, Андрей вот-вот подъедет и мы сможем сесть ужинать.

Комната располагалась на первом этаже, в левой башне. Полукруглое окно делало ее романтичной и уютной, вид из окна открывался великолепный. Обстановка комнаты самая простая: шкаф, кровать, диван, два кресла, низкий стол, зеркало в нише над консолью, которую можно было использовать в качестве туалетного столика. Белый тюль с красной каймой на окне и ярко-красное покрывало на кровати.

– В шкафу еще комплект постельного белья и дополнительные одеяла, – сообщила Ирина. – Туалет рядом, там же душевая кабина. Внизу ночевать будете только вы, так что никаких проблем. Располагайтесь, я зайду за вами минут через пятнадцать.

– Ну, как тебе? – спросила Танька, упав на кровать и немного попрыгав на ней.

– Пол-«лимона» как минимум, – удовлетворенно кивнула я. – Место изумительное, а дом как раз в духе «новых русских». Строительство здесь все-таки запретили, так что каждый дом на вес золота.

Даже развалюха в поселке и то обойдется в несколько десятков тысяч долларов, а здесь такой дом. – Болтая, я разбирала сумку, Танька слушала, утвердительно кивая.

– А атмосфера? – спросила она, когда я закончила радоваться Витькиному везению.

– Что атмосфера?

– Карлик этот? Что он там болтал насчет мертвечины?

– Ирина сказала, что он вроде бы дружил с покойным, а покойному, как тебе известно, помогли перебраться в мир иной.