Детектив на краю лета

 – Я должна известить полицейских?!

– А кто? Я в Москву не собираюсь. Вы собираетесь, Розалия Карловна?

Старуха смачно откусила от бутерброда с красной икрой, прожевала и сказала басом:

– Лично я собираюсь выпить кофе с коньяком.

– И я не собираюсь, – поддержал Владислав со своего места. – У меня законный отпуск, я его ещё не отгулял, так что…

– А кем вы трудитесь? – спросил Степан Петрович, за всё утро ни разу не взглянувший на Ташу. – И где?

– А вам-то что?

Тот пожал плечами.

– Ну пожалуйста – я ведущий специальных мероприятий.

– Радости, радости, – вдруг пропела басом Розалия, – светлого мая привет!..

– Вот именно! Мы организуем мероприятия для богатых людей, я их веду.

– Клёво, – сказал Богдан. – Выходит, вы массовик-затейник!

– Я ведущий, – поправил Владислав с негодованием. – Быть может, я не так знаменит, как наша Ксения, но тоже, знаете…

Ксения засмеялась холодным отчётливым смехом – ха-ха-ха. Видимо, выразила своё отношение к тому, что глупый Владислав позволил себе сравнивать их друг с другом!

У Лены зазвонил мобильный телефон, и все на неё оглянулись.

– Да, – она отвернулась и заговорила приглушённо, – здравствуйте. Мы… здесь, на корабле. То есть на теплоходе. Хорошо. Хорошо. Обязательно.

– Кто звонил? – осведомилась Розалия, как только она положила трубку.

– Управдом, – соврала Лена. – Они спрашивают, где мы и куда девать счета.

– Пусть куда хотят, туда и девают.

– Я так и сказала.

– Сладун, после завтрака у нас моцион. – Розалия поднялась и приняла Герцога Первого на бюст. – Наташенька, мы немного погуляем по палубе. Не беспокойтесь за нас, я глаз с него не спущу после всех этих ужасных происшествий! Лена, идём!

– Да, да.

– Распорядись, чтобы нам на корму подали кофе с молоком и песочные корзиночки с малиной и голубикой. Только если свежие!..

– Конечно, Розалия Карловна.

И они выплыли из салона и медленно поплыли мимо окон.

Унизанной перстнями рукой Розалия гладила по голове Герцога Первого и что-то напевала себе под нос. Сзади плелась Лена с клетчатым пледом и корзиной.

В корзине, Таша уже давно заметила, лежали книги, журналы, очки и панама.

– Какая отвратительная старуха, – сказал Богдан. – Достоевский!

– Хейфец, – поправил Владимир Иванович. – Ей фамилия Хейфец, а не Достоевский.