Детектив на краю лета

С двух сторон высокая женщина и низкий мужчина подхватили Ташу и поволокли, как манекен, она едва успевала переставлять ноги, а Наталья Павловна осталась рядом с автобусом.

– Вы едете или нет?! – надрывалась из двери экскурсовод.

– Нет, нет, – быстро сказала Наталья Павловна и отошла от автобуса.

…Кто это может быть? Какие-то родственники? Почему они так похожи на разбойников? Зачем нужно срочно тащить девчонку в Москву?

Герцог Первый у неё на руках взглянул вопросительно – он тоже ничего не понимал.

– Мы её не отпустим, – сказала Наталья Павловна Герцогу.

Герцог согласно кивнул.

Наталья быстро пошла в сторону теплохода.

…Где Владимир Иванович? Где Степан? На борту? Или разъехались по делам?

Тут она, взрослая и уверенная в себе женщина, вдруг вспомнила Розалию и её наставления девицам, зачем нужно выходить замуж. Вспомнила и, несмотря на беспокойство, улыбнулась. Хорошо бы их мужчины сейчас оказались на борту.

Таша поднялась по лестнице – двое неотступно, как коршуны за курицей, следовали за ней.

– Нет, ну какая роскошь, какая роскошь, – не останавливаясь, говорила Валентина Сергеевна. – Мне такие роскошества даже и в голову не придут, а Наташеньке нашей приходят! Да, Наташенька? Как это у тебя ума хватило на теплоходе-то уплыть? Ты думала, не найдём мы тебя?

– Я думала, что вам больше не нужна, – выговорила Таша.

Больше всего на свете она мечтала, чтобы теплоход сейчас перевернулся, и они бы все утонули.

– И мы так думали, – сказал мужчина, задыхаясь, – надеялись, можно сказать, а судья тебя требует! Без неё, говорит, сделка законной силы не имеет!

Таша тяжело дышала, перед глазами у неё всё качалось – начищенные перила лестницы, чистая палуба, полосатые шезлонги.

…Вот бы сейчас наткнуться на Степана! Что может сделать Степан, когда всё уже решено и даже скреплено печатями и штампами? Печатей было так много! Они были круглые, а штампы треугольные.

…Наталья Павловна наверняка сейчас переживает в автобусе. У неё было изумлённое и напряжённое лицо.

Они больше никогда не увидятся. Ни с ней, ни с Герцогом Первым. И Таша никогда не узнает, кто украл драгоценности Розалии и кто убил доктора.

– Господи, какая красота, – продолжала сокрушаться дама.