Как бы не так

– Не везет, так навсегда, – сказала я вслух, взяла халат и направилась в душ.

Там меня Наташка и нашла. Она хмурилась и явно нервничала.

– Плохи дела? – осведомилась я, на некоторое время высунув голову из-под струй воды.

– И никакая это не авария, – вроде бы с обидой заявила она. – Где ты его умудрилась подцепить?

– В лесу. Лежал в любимой луже.

– У него множественные пулевые ранения в область груди. Может, еще чего…

– А голова? – спросила я, принимая из ее рук полотенце.

– Ерунда. Скорее всего разбил, когда падал.

– Надеюсь, ты не в обиде, что он до сих пор жив? – осведомилась я, надевая халат.

– Ему всю грудь изрешетили, – не унималась Наташка. – А он держится. Прикинь?

– Да, без понятия человек, возись теперь с ним, – усмехнулась я. Наташка шла за мной и ныла:

– Ты ведь останешься?

– Я тридцать часов на ногах. Вызывай Петра Сергеевича.

– Звонят.

Я плеснула в лицо холодной воды и обреченно кивнула:

– Ладно.

Петра Сергеевича разыскали под утро. Он приехал, когда операция уже закончилась. Похвалил меня с добродушной усмешкой и сказал:

– Значит, подарок из леса? Крестник то есть? Что же, если выживет, по гроб тебе обязан будет.

– Отчего ж не выживет? – обиделась я.

– Как сказал один остроумный мужчина о нашем брате: режут-то они хорошо, а вот выхаживать не умеют.

– Вы уедете? – спросила я.

– Уеду, Мариночка. Все, что возможно, ты уже сделала, а выходной – это свято. Особенно летом. Чего хмуришься? Ты ж не новичок, знать должна, что хирурги – жуткие циники. Привыкаешь, знаешь ли, когда каждый день с ножом на человека. А тебе немедленно спать. Такой красивой женщине круги под глазами строго противопоказаны.

– За красивую спасибо, а домой чуток подожду. Сами говорите: он мне вроде крестника.

Петр Сергеевич ушел, зато появилась Наташка, с бутербродами и термосом.

– Кишки от голодухи сводит, – пожаловалась она. – Выпей чаю…

– Не хочу.

– И я не хочу. А надо. Давай-ка, милая, ширнемся, как изысканно выражался мой бывший друг, ныне благородный отец семейства.

Я лениво протянула руку. Наташка быстро сделала укол мне, а потом и себе. Мы немного посидели с закрытыми глазами, ожидая, когда лекарство начнет действовать.