Единственная женщина на свете

– Славка прибежит и приготовит, – отмахнулась я. – В этом ему нет равных.

– А ты не думала завести собаку? Я имею в виду по-настоящему, чтоб жила здесь, тявкала и весело трусила рядом.

– Это ты сейчас к чему? – насторожилась я.

– Это я к тому, что собака с успехом заменила бы Славку. Конечно, пожрать сготовить она не сможет, зато и в любви ей признаваться без надобности.

– Шла бы ты, в самом деле, – скривилась я. – Даже спорить с тобой лень.

– Я обещала родителям, что присмотрю за тобой.

– Присмотришь, а не станешь приставать с дурацкими вопросами.

Так мы пререкались довольно долго и изрядно друг другу надоели. Не знаю, сколько бы еще это продолжалось, но тут в дверь позвонили.

– Ну вот, защитник и опора пожаловал, – заявила сестрица и пошла открывать.

Славка мою сестрицу побаивался, впрочем, как и все представители мужского пола. Способность нагонять тоску на мужиков Агатка унаследовала от мамы.

– Чего притащился? – услышала я ее голос. – Ведь сказано было: видеть не желают.

– Агата Константиновна, вам никто не говорил, что вы похожи на отставника-сержанта? – робко поинтересовался Славка.

– Людям свойственно думать о своем здоровье, оттого делиться умными мыслями и не спешат. Заходи, если пришел, но на радушный прием не рассчитывай.

Славка ввалился в комнату с выпученными глазами. Не знаю, чего он ожидал, но, завидев меня, вроде бы вздохнул с облегчением, однако тут же спросил:

– Феня, в чем дело? Мы сегодня собирались подавать заявление.

– Мне сейчас не до этого, – сказала я.

– Что значит – не до этого? – рявкнул Славка. Голос дрожит от злости, а физиономия совершенно несчастная.

– Милка погибла, – сказала я и отвернулась, не желая продолжать.

– Милка? Как погибла, когда?

– Тебе Агата все растолкует, – ответила я, сообразив, что мне в который раз предстоит пересказывать свою историю. Сестрица взглянула на меня с недовольством, однако коротко и по-деловому объяснила, что произошло. Славка взирал на меня недоверчиво, как будто сомневался в правдивости ее слов, и, когда она замолчала, спросил, обращаясь ко мне:

– Это правда?

– А ты думаешь, я шучу? – съязвила сестрица.

– Надеюсь, что нет. Иначе по тебе психушка плачет.

– Психушка плачет по твоей невестушке.

– Феня, – Славка коснулся моего плеча. – Почему ты мне ничего не сказала? Ты понимаешь, что могла погибнуть? Ты…

– Блин, – не выдержала я. – Третья часть Марлезонского балета.