Детектив на пороге весны

Английский ослик взвыл, как будто мотнул строптивой башкой, ударил копытами и унесся к дому. Юра вернулся в джип и медленно тронулся с места.

Он устал за сегодняшний день, устал и был удручен, как всегда бывают удручены живые, которым приходится иметь дело с мертвыми. С соседом Юра довольно мирно воевал – именно так и было! Он был задиристый и нелюбезный, но в общем совершенно безобидный мужик, а в последний раз, когда Юра разглядел его в кустах у своих ворот, еще и перепуганный и несчастный.

Едва войдя в соседский дом, Юра почувствовал запах убийства.

Он не мог этого объяснить, но это было именно так. Обыкновенная смерть никогда так не пахла, он голову мог дать на отсечение.

Вдалеке за деревьями полыхнули красные тормозные огни и завизжали шины, а потом сильно хлопнула дверь – Анфиса доехала до крыльца и выскочила из машины.

Анфиса вбежала в гостиную и застала бабушку в крайнем волнении.

Она была не только в волнении, но и сердита. Это так на нее похоже – она всегда сердилась и раздражалась, когда волновалась.

Она с каким-то яростным наслаждением копалась в сумочке, что-то искала.

– Бабушка, что ты ищешь?

Марфа Васильевна глянула и отвернулась. Цепкие пальчики, совсем не старушечьи, молодые, уверенные, рылись в сумке из итальянской соломки.

– Ба-буш-ка?

– Да.

– Что такое?

– Этот ваш «Бруччи» выпустил коллекцию соломенных сумок. Идиот. Я не могла выбрать приличную и пришлось брать эту.

«Бруччи» – так называлась знаменитая итальянская фирма, выпускавшая одежду и аксессуары, и бабушка, как правило, относилась к ней уважительно.

– Ба-буш-ка!

– Да.

– Что случилось?! При чем тут «Бруччи»?

– Ни при чем, конечно.

– Тогда что?

– Я потеряла но-шпу, – сообщила бабушка и от этого своего сообщения разгневалась еще больше. – Старая дура. Разве нормальный человек может жить без но-шпы?!

– У тебя болит… голова?

– У меня старческий маразм.

– От маразма но-шпа не помогает.

– Но-шпа помогает от всего.

– Бабушка!

– Только человек в маразме может потерять но-шпу!

– Подожди, я тебе дам, – предложила Анфиса.

Действовать следовало осторожно, чтобы бабуля не прогневалась еще больше. – У меня она всегда с собой.

– У меня тоже всегда с собой, но в этой гадкой соломенной сумке я ничего не могу найти. А! Вот она! – и бабушка торжествующе выхватила из ридикюля блестящую упаковку. – Клавдия Фемистоклюсовна, дайте мне стакан воды! Простой воды, мне надо запить но-шпу.